Суббота , 3 Декабрь 2016
фашизм

Повседневный фашизм

Добавлено в закладки: 0

Иногда происходят знаковые события, по реакции общества на которые можно многое сказать о его нынешнем состоянии. За первые недели 2015 года произошло немало таких событий.

81-летняя бабушка, пережившая блокаду, идет в магазин за продуктами, оплачивает их. На тележке у нее стоит сумка, за которой лежат три пачки масла, которые она оплатить забывает. Охрана это замечает, бабушка трясущимися руками предлагает оплатить товар. Охрана вызывает полицию, та забирает бабушку. У бабушки в отделении случается сердечный приступ, она умирает.

Всего лишь неделю назад, 27 января отмечался день прорыва блокады Ленинграда. Блокада длилась с 1941 по 1944 год. Когда она началась, маленькой Раузе Галимовой было всего шесть лет. Шестилетний ребенок, питающийся корочкой хлеба в день, день за днем, из года в год. С шести до десяти лет маленькая девочка видит артобстрелы, трупы людей на саночках, видит умирающих по дороге за водой. Видит медленную смерть младенцев, стариков, здоровых людей. Соседи, которые какой-нибудь год назад улыбались ей, приходили к родителям за солью, шумели за стенкой, теперь только иногда скребутся там, в соседней квартире. Квартира справа еще подает признаки жизни, а в квартире слева вчера умерли последние люди. Тишина, прерываемая грохотом обстрелов. Продовольственный паек ребенка составлял 125 граммов хлеба в сутки. 125 граммов. Просто попробуйте их отмерить от засыхающего батона в хлебнице. Представьте себе хоть на минуту, что ваши соседи, которые раздражают вас своей бесконечной утренней дрелью, медленно умирают. Дрель лежит на полу никому не нужная. Отец семьи ушел воевать. И по вашей лестнице несут вниз все новые трупы, укладывая их на саночки. Гудит сирена, идет обстрел. Завтра маленькая девочка получит новый 125-граммовый кусочек хлеба. Бездомных животных в городе тоже давно не осталось.

2015 год. По телевизору транслируют документальные фильмы о блокаде. Государственные деятели принимают участие в траурных мероприятиях, говорят привычные красивые слова. А в «Фейсбуке» блокадницу называют воровкой и соболезнуют… владельцу магазина «Магнит».  Потомки великого народа, пережившего великую войну, не готовы отпустить своей родной старушке три пачки масла. «Воровка», «Почему ей должно быть все можно, а мне нельзя?», «Закон есть закон, украл – в тюрьму», «Перестаньте кошмарить бизнес». Когда я в эти дни читала свою френдленту, то поняла, что такое настоящий страх.

Примерно такой же страх на этой неделе я испытала, когда ездила в Вязьму, чтобы разобраться с делом Светланы Давыдовой, обвиняемой в госизмене, заодно, конечно же, почитывая комментарии в соцсетях. «Звонила в посольство вражеской страны, как ни крути, изменница», «Ну и что, что у нее семь детей? Трое вообще ей не родные», «Почему кормящим матерям все можно, а мне нельзя?»

При этом самое, казалось бы, странное, что эти жаждущие чужой крови люди за последний год активно сопереживали мирным жителям Донбасса, посылали им гуманитарную помощь, постили в сетях картинки зверств украинской хунты и так далее.

Тут, мне кажется, стоит поговорить о двух важных вещах. Легко помогать ангелам. Легко ангелам сочувствовать. Более того, журналист может из любого человека сделать хоть ангела, хоть демона. А на самом деле ни ангелов, ни демонов на земле нет.

Вот, к примеру, семья из Донецка, живущая под обстрелами, не имеющая денег уехать. Им нечего есть, у детей нет теплой одежды. Надо ли им помочь? Или вот другая семья приехала в Москву, спасаясь от обстрелов, но ее никто не встретил. Холодно, идет снег, им надо где-то переждать несколько часов, пока за ними не приедут родственники.

Надо ли им помочь? А если, к примеру, в этой семье муж пьет и бьет жену? А ребенок украл в магазине ластик? А если жена бросила престарелых родителей на произвол судьбы? Простим грех, поможем или скажем что-то вроде: «Они сами виноваты. Они — граждане другой страны. И вообще плохие люди»?

Сейчас в российском обществе принято сводить фашизм исключительно к этнической и расовой нетерпимости. Вот измерили человеку нос, череп, записали цвет глаз. «Не прошел формальные признаки – нарушитель расовых законов. Концлагерь, изъятие личных вещей, газовая камера, печь крематория. Что поделать – законы такие, а они их формально нарушили».

Но ужас фашизма был не только в этническом геноциде. Фашизм – это унифицированное, формальное государство, не обладающее никакими признаками человечности, и, как следствие, скатывающееся в абсолютное зверство, оправданное теми самыми формальными признаками.

В нормальных же человеческих обществах от фашизма граждан предохраняет милосердие. Снисхождение к слабым, к тем, кто не вполне проходит под какой-то стандарт, но оказался в большой беде, не имея умысла в нее попадать. Это не имеет ничего общего с правовым нигилизмом, но лишь с правовым снисхождением, с попыткой разобраться в каждом конкретном случае. И именно такой подход дает обществу прививку от второй крайности – от тотального снисхождения к тем, кто несет гуманистическому обществу угрозу – серийные убийцы, террористы и так далее.

А теперь поднимаемся на один уровень выше. Вы и ваш друг приезжаете в глубинку. Ваш друг видит разбитые дороги, безработных местных жителей, разваливающиеся дома и считает, что надо требовать конкретных перемен для этого места. Вы видите красивую природу, радуетесь вкусу свежего парного молока, отмечаете доброту и простодушие населения и считаете, что если местных все устраивает, то пусть так все и остается. Кто из вас по формальным меркам любит свою страну?

Вы любите Владимира Путина, вы отмечаете повышение пенсий, строительство новых стадионов и дорог. Ваш друг не любит Путина, он видит зашкаливающую коррупцию, непродуманную внешнюю политику и нищету пенсионеров. Кто из вас по формальному признаку национал-предатель?

И вот тут идет развилка. В фашистском государстве один из вас окажется в концлагере. А вслед за ним – и вы сами, потому что у вас те взгляды, но не тот череп. А у друга взгляды неправильные, хотя череп верный. Только Рейхам не нужны люди с изъянами – лишь безликие солдаты.

Общество, не готовое отпустить бабушке-блокаднице три пачки масла, а матери семерых детей – глупость, совершенную во время беременности, находится в нездоровом состоянии. Я обычно сама терпеть не могу демшизу и вопли про «фашизм, фашизм», как вопли в стиле «волки, волки».

Но, читая реплики моих собственных сограждан о воровках, изменницах и национал-предателях, я не могу прогнать эту мысль.

 

 Екатерина Винокурова

 

Рейтинг: 0

Опубликовал(а):

не в сети 7 часов

Андрей

683

Доставка авто из Европы без растаможки!

Украина. Город: Киев
Комментарии: 801Публикации: 4446Регистрация: 04-08-2014
    Авторизация
    *
    *
    Войти с помощью: 
    Регистрация
    *
    *
    *
    Пароль не введен
    *
    Ваш день рождения * :
    Число, месяц и год:
    Войти с помощью: 
    Перейти на страницу
    закрыть