Воскресенье , 11 Декабрь 2016
путин

Россия вступила в эпоху физического уничтожения политических противников Путина

Добавлено в закладки: 0

Мы вступили в новую эпоху – эпоху физического уничтожения политических противников режима. Немцов, один из ведущих оппозиционеров убит накануне марша протеста. Месседж совершенно ясен: любой, кто выходит на марш протеста, может быть убит. Это акт политического террора, это новая эпоха, и рассказы о том, что под стенами Кремля, где сотни, не десятки, наверное, камер, убили случайно – не выдерживает критики. Заметим еще, что это очень профессиональное убийство. Ни одна пуля не попала в стоящую рядом женщину.

Собственно, чуть больше года назад случился Майдан в Киеве, и с тех пор режим дал понять, что он сделает все, чтобы удержать власть. Что случилось на Майдане? На майдане киевская власть стала убивать активистов. И, когда активисты стали убивать в ответ, оказалось, что народ сильнее. Уже тогда отношение Кремля к тому, что происходит в Украине, было понятно, но Янукович слишком слаб. Надо было действовать сильнее. И в общем, отношение Кремля было такое, что применение силы – это главное, что могло спасти власть Януковича. Сейчас украинцы публикуют доказательства, что к самой идее расстрелов людей на Майдане был, дескать, непосредственно причастен Сурков.

Но, во всяком случае, ясно, что Кремль из Майдана сделал вывод. Только что было организовано в России движение «Антимайдан». Мне, кстати, непонятны были смешки оппозиции над «Антимайданом». Это не такие молочно-кисельные «Наши». Это серьезные пацаны, прошедшие боевую школу. И я обращали ваше внимание, что это стоит совсем рядом: «Антимайдан» – демонстрация, и потом убийство Немцова. Это выглядит как демонстрация преданности. Я не говорю, что это «Антимайдан». Есть еще какие-то преданные Путину кавказские люди. У нас еще есть пара групп, которые себя уполномочили бороться с «оранжевой грозой». Но маловероятно, что какие-то те люди, которые сражаются в Донецке, что они приехали и решили здесь навести порядок с «пятой колонной», но тоже в принципе не исключено.

Я не знаю, как это технически выглядело. Может быть, это было, как, помните, у Генриха II про Томаса Бекета: «Кто меня избавит от этого негодного попа?» Может быть там было желание услужить. Но месседж кристально ясен: оппозиционного политика в ходе акции устрашения убили у стен Кремля накануне акции протеста. Не то, чтобы это было очень неожиданно. Две недели назад Немцов дал интервью «Собеседнику», и в нем он говорил про свою мать, которая боится возможной расправы, которая все время его спрашивает: «Когда ты прекратишь ругать Путина? Он тебя убьет». Она реально пишет: «Немцов боится, что он может его убить в ближайшее время из-за моих выступлений как в реальной жизни, так и в социальных сетях». И мы понимаем, что такой опытный политик, как Немцов, он не дает таких интервью случайно.

Я обращаю ваше внимание на полосы заграничных газет и на то, что происходит на заграничных телеканалах. Вы будете смеяться, но даже перемирие на Донбассе не было на первых полосах. Они совершенно все одинаковые, эти полосы: «Главный критик Путина, лидер оппозиции, – что не совсем точно, потому что все-таки, с моей точки зрения, лидер нашей оппозиции Навальный, а не Немцов, – застрелен около Кремля накануне акции протеста». Сейчас, разумеется, будет дикий визг. Вот после смерти Политковской все наши пропагандисты с пеной у рта доказывали, что ее убили враги Путина, чтобы скомпрометировать наш мирный режим. Таково, к сожалению, одно из основных свойств текущей власти. Вот исламские террористы, он что говорят? Они говорят: «Во-первых, мы исламисты, слуги аллаха имеем право убивать любого американца. Во-вторых, террористы – это сами американцы. А, в-третьих, они сами себя взрывают, чтобы скомпрометировать мирный ислам». К сожалению, кремлевская пропаганда то же самое – ее главный тезис: «Они сами себя взрывают, они убили Политковскую, чтобы скомпрометировать Путина, и вообще, она ничего из себя не представляла. Литвиненко убил Березовский. А, конечно, Немцова они тоже убили, чтобы скомпрометировать Путина, и вдобавок, – как сказал Песков, – он уже сам из себя ничего не представлял».

Причем, чем очевиднее происходящее, тем отчаянней будет пропаганда. Я как-то рассказывала мои любимые истории про китайского евнуха при императоре Эрши, который хотел захватить власть, привел во дворец оленя и сказал, что это лошадь. И все, кто сказали, что «это же олень» были восприняты им как люди, которые неверные ему, на которых нельзя полагаться. Все они были казнены. Вот утверждать про оленя, что это лошадь – это помимо всего прочего в такой ситуации очень важно в качестве чувства сопричастности. Говоришь про оленя, что это лошадь – значит, свой. Но проблема в том, что чем больше будет раздаваться рассказов о том, что олень – это лошадь, тем будет хуже. Потому что заметьте, еще недавно Гарри Каспаров, который уехал – мне казалось, что это перебор, что нечего бояться – теперь, получается, что он, как шахматист, считал вперед, иначе бы вместо Немцова мог сейчас лежать где-нибудь на мосту.

Не забудем, кстати, что Немцов был в значительной степени международный политик, в отличие как раз от Навального. Он имел огромные личные контакты на Западе, в Америке. Мы редко общались, но я, кстати, всегда удивлялась этой его уверенности в западной поддержке, потому что периодически звонишь, и он говорит: «Вот сейчас Евросоюз, Европарламент что-то сделает…». Я говорю: «Борис Ефимович, какой Евросоюз, какой парламент? Эта ушедшая на пенсию Европа – что она там пошлепает губами?»

Но сейчас это будет иметь очень больше значение, потому что этот человек лично знаком тем политикам, которые принимают решение. Вот заметьте, что Барак Обама уже отозвался на смерть Немцова через несколько часов после убийства, потому что как раз в Америке был день, когда его убили. Заметим, американский президент не говорил об убийстве Политковской через несколько часов, хотя она была американской гражданкой, если я не обшибаюсь. Я могу ошибаться. Точно не говорил сразу же про Маркелова и Бабуровой. Это большая история: Барак Обама лично встречался с Немцовым в 2009 году, и теперь он видит, что этого человека убили – он лежит напротив Кремля.

Вообще, я замечу одну вещь, что у нас оппозиция давно, – еще раз повторяю: это такая точка смены режима – у нас оппозиция давно кричит: «Волки! Волки!», рассказывает, что у нас куча в России политических убийств, но волков-то пока еще, в общем-то, не было.

Было убийство Галины Старовойтовой еще при Ельцине. Приблизительно понятно, почему ее убили. Ее убили совершенно независимо от нее, потому что было место депутата, которое она занимала, которое должен был занять криминальный питерский депутат, поэтому ее убили.

Была история убийства Сергею Юшенкова, лидера партии «Либеральная Россия», но та была действительно невероятная история, когда Сергей Юшенков, партия «Либеральная Россия» финансировалась Березовским. Там кроме Юшенкова был другой претендент на лидерство некто Михаил Коданев. Березовский, как всегда, связался с самыми неприличными людьми и отчаянными авантюристами, и вот этот Коданев решил, что если он убьет Юшенкова, то все деньги Березовского достанутся ему. Невероятно, но факт.

Это одно из тех мест, когда люди, непосредственно борющиеся с «оранжевой угрозой» почувствовали полную безнаказанность. В общем, мы в новой политической реальности, которая наступала постепенно. Вот за несколько последних лет для меня было четыре, я бы сказала, гигантских шока, четыре поворотных момента для меня лично, когда я помню, как когда я об этом узнала. Первый момент был – это арест Ходорковского. Я даже до сих пор помню, как я еду по улице, и у меня из рук чуть не падает мобильник. Не потому, что мои важны воспоминания в этот момент, а потому что, ты беззаветно понимаешь, что судьба России изменилась; что ты лег спать в одной стране, а проснулся в другой; что ты лег спать в стране, где бизнес был независим от государства, где можно было построить открытую компанию, в стране, у которой было нормальное рыночное капиталистическое будущее – и проснулся в другой стране, где строительство открытой компании приравнивается к государственной измене. Ты жил в стране, где частная собственность была более-менее неприкосновенна для государства – и вдруг оказался в стране, где она составляет главный объект атаки.

Второе: гигантски шок был, конечно – это убийство Политковской. Третье: война с Грузией. Четвертое: аннексия Крыма. Я замечу, что все эти шаги были связаны с насилием, с привычкой государства разрешать насилие, вещи, которые, в общем-то, вообще не надо разрешать. То есть, конечно, были какие-то другие поворотные моменты в истории России за это время. Можно вспомнить отмену выборов губернаторов, отмену выборов перед этим в Совет Федерации и так далее.

Но Немцов – это пятый поворотным момент, очередной такой ключевой момент. Причем Немцов, понятно, это не тот человек, который имел большие шансы стать лидером… победить на выборах. Как политик, в отличие от Навального, я считаю, Немцов действительно мало имел шансов просто потому, что он принадлежал к ушедшей эпохи. Это был человек, который был одним из людей во власти в период Ельцина. Более того, это был один из вероятных преемников Ельцина. Вот можно сейчас задуматься, несколько бы другая была судьба России, если бы преемником Бориса Ельцина был назначен Немцов, а не Путин. Кстати, это был единственный свободный человек, который остался из того поколения политиков.

 

Юлия Латынина

Рейтинг: 0

Опубликовал(а)

не в сети 3 часа

Сергей Кирилов

5 012

Модератор сайта.
Если есть вопросы, задавайте в «приватный чат» в личном кабинете.

Италия. Город: Катания
34 годаКомментарии: 4359Публикации: 23109Регистрация: 01-08-2014
  • Модератор сайта
  • Бронзовый крест за рейтинг 5000
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Ваш день рождения * :
Число, месяц и год:
Войти с помощью: 
Перейти на страницу
закрыть