Воскресенье , 4 Декабрь 2016
001

Победа, позор и предательство Закона о ОПГ Нацполиции

Добавлено в закладки: 0

На днях Президент Украины заявил, что скоро подпишет Закон «О Национальной полиции», хотя тот его и не до конца устраивает. Не устраивает Петра Порошенко, судя по всему, право Министра внутренних дел Арсена Авакова не только влиять на правительственное назначение и увольнение руководителя полиции, но и непосредственно назначать и освобождать абсолютно всех заместителей руководителя. Главе «Блока Петра Порошенко» такое большое количество «смотрящих» со стороны «Народного фронта» пришлась не по душе, и он анонсировал «деполитизации полиции», — сообщил о намерении инициировать внесение изменений в уже действующий закон. Наконец, 4 августа Президент подписал Закон.

Но пока элиту новой украинской власти волнует распределение влияний между основными политическими игроками, «простых смертных» должно беспокоить содержание текстов как этого Закона, так и других законодательных инициатив правительственного «​​полицейского пакета», часть из которых уже прошла финальные голосования в парламенте. Поэтому на правах одного из немногих, кто улучшал наработки МВД и Кабинета Министров, кратко опишу основные выигрыши и угрозы наиболее актуального из документов, за который 2 июня в втором чтении и в целом проголосовали 278 депутатов.

А также подробно остановлюсь на причинах поражений общественности.

Победа

Силами преимущественно правозащитников и общественно-политических активистов в новом Законе о Нацполиции будем иметь следующие нововведения по сравнению со старым Законом «О милиции». Эти и другие правила вступят в силу через три месяца после подписи Президента и официальной публикации текста. И надеюсь, что до этого момента положительные нововведения вдруг не исчезнут из текста, как это вопреки законодательству иногда бывало в истории украинского парламента.

Жетоны против «анонимности». Полицейские будут на уровне закона обязаны носить на униформе нагрудный знак с индивидуальным личным номером, который запрещено снимать или прятать информацию на нем. Это, безусловно, — главная законодательная реформа, особенно важна после убийств и увечий евромайданивцев «правоохранителями» без опознавательных знаков. В то же время Кабинет Министров, МВД и отдельные депутаты пролоббировали исключения из правила ношения жетонов — Министр все равно может создавать на законных основаниях «анонимные» спецподразделения даже в гражданской одежде для «проведения негласных следственных (розыскных) действий» и «выполнение задач в режиме секретности».

Полицейский также будет законодательно обязан назвать свою фамилию, должность и звание не только, когда тот сам обращается к прохожему, но и когда прохожий обращается к нему. И милиционер должен не просто формально махнуть «корочкой», но и предоставить возможность ознакомиться с изложенной в удостоверении информации.

Четкие временные рамки задержания. Как бы долго не «конвоировали» в райотдел или везли в «бобике», но отсчет времени содержания задержанных полицией теперь будет отчисляться с момента фактического задержания. Напоминаю, что обычное админзадержания имеет, согласно КоАП, длиться не более трех часов. Правда Закон о Нацполицию введет другое, удобное для злоупотреблений, нововведения для «бесконечного» содержания людей. Но об этом чуть позже.

Обязанность знать законодательство. Правоохранители вынуждены объяснять свои действия тем, с кем взаимодействуют. Объяснять включая содержанием нормативно-правовых актов, на основании которых эти действия осуществляются. Не ссылаться на документы полиция имеет право в отдельных случаях взаимодействия с правонарушителями, когда есть необходимость применять физическую силу, спецсредства или огнестрельное оружие. Но в общем и простых ситуациях при общении аргументация а-ля «мои действия законны просто потому, что я милиционер» теперь станет прямым нарушением Закона. Конечно, все равно далеко будет до тех вожделенных гражданским обществом времен, когда среднестатистический полицейский сможет анализировать именно законность своих действий. Потому что в нашем молодом государстве подзаконные акты могут противоречить законам, а нормы некоторых законов противоречить Конституции — в подобных случаях далеко не все граждане могут быстро найти юридическую истину. Однако описанное нововведения Закона все равно — шаг вперед.

Четкие правила применения силы. Полицейские меры принуждения в целом прописаны лучше, чем милицейские. Прежде всего, потому, что на уровне закона включают конкретные ограничители насилия со милицейских подзаконных актов. Важное достижение — исчезла максимально неконкретная и удобная для злоупотреблений норма об использовании без предупреждения огнестрельного оружия, специальных средств и физической силы «в районе проведения антитеррористической операции», которая больше года как появилась в законе «О милиции» через тогдашние милитаристские настроения депутатов.

Обязанность «стучать» на коллег-палачей. Полицейские будут законодательно обязаны докладывать непосредственному руководству и соответствующим органам досудебного расследования, если кто-то из коллег кого пытает или намеревается это сделать. Правда пытки было уголовным преступлением задолго до Закона о Нацполиции, поэтому правоохранители как должны были, так и должны даже без нововведения реагировать в том числе на такие преступления.

Мелкие «плюсы» Закона «О Национальной полиции», конечно, можно продолжать перечислять. И интереснее сравнить их хотя бы с основными «минусами». Причем не столько с количеством, сколько с значимости в вопросе возможного влияния на будущее.

Измена

Новый Закон о Нацполиции узаконит ряд ранее незаконных практик принуждения со стороны правоохранителей. Что грозит еще большими злоупотреблениями, в том числе коррупционными.

Опросы лица. Правоохранители получат право «опросить» и даже на неограниченное время пригласить вас для этого в полицейское помещение, если существует «достаточно оснований считать», что вы «владеете информацией, необходимой для выполнения полицейских полномочий». Предоставление информации, правда, является добровольным, и вы действительно можете отказаться что-либо рассказывать или куда идти. Но Закон не обязывает полицейского говорить о необязательности предложенного им «опроса». Поэтому шансов не попасть на крючок злоупотребления будет больше у правоведов.

Поверхностная проверка. Без свидетелей и понятых полицейский теперь имеет право проводить по поверхности вашей одежды рукой. Вы же обязаны самостоятельно показывать ему содержимое ваших личных вещей или транспортного средства. Для того, чтобы злоупотреблять этим правом милиционеру достаточно придумать себе «достаточные основания». Конечно, это облегчит возможность подбросить вам что-то противозаконное (наркотики, боеприпасы, оружие).

Ограничения фактического обладания вещью в случае, если есть «цель посягательства … на жизнь или здоровье другого человека, или повреждения чужой вещи». С самой формулировки видно, что при хорошей фантазии полицейского у вас может надолго пропасть, например, телефон или ноутбук. Важно подчеркнуть, что если у кого есть цель так поступить описаны уголовные преступления, то и соответствующие кодексы, и старый Закон «О милиции» дают все основания вообще задержать лицо со всеми ее орудиями для преступления. Но норма почему сформулирована так, чтобы ею именно злоупотреблять — не предупреждать преступления, а на законных основаниях «отжимать» личные вещи на общем неограниченное время.

«Бесконечные» основания для проверки документов. Судя по всему, при написании этой нормы в МВД и Кабмине вдруг забыли, что в админкодексе еще с советских времен очень много страниц. Поэтому полиция, кроме права требовать документы при подозрении в совершении уголовных преступлений, получит такое же право при подозрении в «намерении осуществить» правонарушения административные. То есть фактически через любой надуманный повод — за «намерение» покурить в запрещенных местах, «намерение» вытоптать зеленые насаждения, «намерение» мелко похулиганить и т. д. Поскольку каждого можно обвинить в таких «мысленныхпреступлениях», то и паспорт, возможно , придется носить с собой всегда и везде. Иначе полицейский может и забыть, что отсутствие документа сама по себе не является основанием для задержания.

Полицейские базы данных. «Большой Брат следит за тобой!» Полиция должна будет вести аж 18 собственных видов баз. Для базы задержанных по подозрению в совершении какого-либо административных и уголовных правонарушений полицейские обязаны будут собирать и хранить фото, видео, аудио, а также дактилокарты и образцы ДНК. Без решения суда или санкции прокурора полиция будет иметь непосредственное оперативный доступ к информации и информресурсам других госорганов. При этом не должен нарушаться Закон «О защите персональных данных», но кто в достаточной мере контролировать правоохранителей по соблюдению этой предупредительной нормы?

Новые возможности для злоупотребления огнестрельным оружием. Перестала быть абсолютной запрет старого Закона применять огнестрельное оружие при значительном скоплении людей в случае, «если от этого могут пострадать посторонние лица». Теперь это можно делать в случаях «крайней необходимости» и необходимости отражения даже невооруженного нападения. Понятно, что подобные нововведения продиктованы печальным опытом последних военно-политических событий и иногда могут быть оправданы. Но иногда наоборот — приводить к злоупотреблениям.

Летальными злоупотреблениями грозит и норма нового Закона о праве полицейского стрелять без предупреждения в случае, если кто-то, когда у полицейского уже обнаженная оружие, или к нему приближается, или даже стремится к оружия прикоснуться. В Законе «О милиции» подобная норма не имела четкости в вопросе предупреждать перед стрельбой или нет. Теперь четкость появится. Как и возможность полицейскому врать, что все происходило именно так.

Список проблем Закона «О Национальной полиции» можно продолжать. И главный вопрос — стоит жетонов вся эта полицейщина? — Остается открытым. Это реформа? Или «реформа»? Ответ зависит от интереса отвечающего …

Позор

Как было сказано выше, полицейские жетоны — это пока главная для общества законодательная реформа. И в то же время своеобразный минимум изменений в законодательстве после милицейского насилия во время Майдана.

Существует мнение, что эту, а также менее значимые положительные нормы можно было внести и в старый Закон «О милиции». Тем более, что к 2015 году со стороны гражданского общества и прогрессивных депутатов было аж две попытки это сделать. Например, уже после Майдана был регистрируемый законопроект №4988 о введении нагрудных знаков на форменную одежду работников органов внутренних дел. Проект, к сожалению, из-за перевыбора парламента так и не успели проголосовать в первом чтении. Предыдущая попытка была где-то за месяц до начала Майдана — был зарегистрирован похожий законопроект №3048, но во время событий «русской весны» 2014 голосования за него было характерно провалено Партией регионов, КПУ, депутатскими группами «Экономическое развитие» и «Суверенная европейская Украина» , а также внефракционными экс-регионалами.

Так почему же путем внесения простых, но необходимых после Майдана прогрессивных изменений в действующие милицейские законы и кодексы, не пошла Коалиция новой власти, которая с легкостью (если не ссорится) может обеспечить простое большинство в 226 голосов? По моему скромному мнению, это произошло потому, что США и Европа через свои институты начали предоставлять Украине на реформы деньги …

Деньги с одной стороны вдохновили экспертные грантовые организации на идеалистическое «все и сразу» в одном новом законе. We want the world and we want it now! С другой стороны деньги подтолкнули власти к той простой мысли, что форма реформы важнее сущность. И как иначе системе совместить инерцию и нежелание своих старых составляющих сильно меняться с обязательствами перед украинским обществом и внешнеполитическими партнерами? Замена слов «милиция» на «полиция», например, сама по себе уже популистски красноречивая. Деньги, конечно, пошли и на полезную часть реформы — новую форму и авто, а также обучение новых полицейских. Но что может быть красноречивее для демонстрации «промежуточных результатов реформы», чем проголосовать за Один Новый Закон о Нацполиции? Тем более, что 226 голосов в коалиции со скрипом, но наберется. Здесь интересы новой власти и экспертной общественной среды и совпали…

Но совпали также больше по форме, чем по сути. Что закономерно.

Поэтому несмотря на наработки экспертного совета при МВД по вопросам соблюдения прав человека и реформирования ОВД, Национальной платформы «Реформируем МВД: прозрачность и ответственность», коалиций организаций «Реанимационный пакет реформ» и «Правозащитный повестку дня», а также отдельных экспертов и депутатов с их законопроектом №1692-1 «О полиции и полицейской деятельности», — несмотря на все это Кабмин и МВД все равно делали свое. Куча прогрессивных предложений и замечаний экспертов-правозащитников так и не повлияли на правительственные законопроекты «полицейского пакета», а №1692-1 вообще был отозван властью вопреки Регламенту ВР. Отозван, конечно, чтобы расчистить парламентский путь для правительственного №2822 «О Национальной полиции».

«Поспешность, с которой готовились законопроекты, можно понять: окно возможностей является узким и коротким», — объяснял в день первого чтения большей части «полицейского пакета» Евгений Захаров, директор Харьковской правозащитной группы, член совещательного Коллегии МВД и председатель вышеупомянутого Экспертного совета при МВД . Не знаю, что конкретно имел в виду Евгений Ефимович под размерами «окна», но не тратить лишнее время на переговоры с правозащитниками власть подталкивали именно дедлайны отчетности перед иностранными партнерами. «Промежуточные результаты реформы» нужно было красноречиво показать ее спонсорам.

Но когда между первым и вторым чтением пришло время настоящего противостояния за содержание норм «полицейского пакета», вдруг оказалось, что гражданское общество — а точнее его правозащитная часть — слишком слабое. Почему? Несмотря на большое количество задействованных со стороны общественности брендов, на законопроект «О Национальной полиции» активно влияли менее 20 правозащитников и общественно-политических активистов. Почти столько же народных депутатов (21 из 450) регистрировали свои и написаны общественностью правки в этот законопроект после первого чтения. То есть законодательной «реформой» просто занималось слишком мало людей для того, чтобы она была действительно революционной.

Стоит также подчеркнуть, что в качестве основных проблемы Закона о Нацполиции, так и проблемы остального «полицейского пакета», к сожалению, останутся в текстах на годы. И хотя Евгений Захаров и успокаивает словами о том, что потом туда можно быть внести изменения, но, как показывает законотворческая практика, не во все изменения репрессивных норм потом насобираешь 226 депутатов.

Итак, через полтора года после Майдана — исторического протеста против полицейщины — настоящих реформаторов оказалось мало, а государство стало еще более полицейским. Почему мы не справились? Ответить на этот вопрос должен каждый Украинец, который хочет системных изменений, но ничего не делает для этого.

via Михаил Лебедь

Рейтинг: 0

Опубликовал(а):

не в сети 12 минут

Сергей Кирилов

4 964

Модератор сайта.
Если есть вопросы, задавайте в «приватный чат» в личном кабинете.

Италия. Город: Катания
34 годаКомментарии: 4339Публикации: 23065Регистрация: 01-08-2014
  • Модератор сайта
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Ваш день рождения * :
Число, месяц и год:
Войти с помощью: 
Перейти на страницу
закрыть