Воскресенье , 4 Декабрь 2016
001

Где деньги?

Добавлено в закладки: 0

Первая половина октября ознаменовалась рядом знаковых для банковской системы событий.

В частности, техническая миссия МВФ совершила, по мнению официального Киева, своеобразный демарш, оставив украинскую столицу без какого-либо решения о выделении нового транша финансирования и решив «продолжить дискуссии с Украиной». Мотивировалось такое решение тем, что украинской «власти все еще необходимо определенное время для выполнения всех рекомендаций», поэтому «в ближайшие недели переговоры продлятся».

Какие спорные вопросы остались у миссионеров МВФ, традиционно официально сказано не было. Разве что неофициально близкие к переговорам источники сообщили, что, кроме неудовлетворительного хода реформирования прокуратуры, налоговой и бюджетной сфер, среди претензий к Украине — и «существенные недостатки в работе Национального банка», от которого Фонд хотел бы четко видеть дальнейшие шаги в сфере стресс тестирования, диагностики и докапитализации банков. Поэтому не подтвердились заверения главы НБУ Валерии Гонтаревой, прозвучавшие в интервью DT.UA, по выполнению «всех критериев, которые нужно было выполнить, по крайней мере со стороны Национального банка».

Однако гораздо важнее, что так же без ответа остаются вопросы, когда же на деле, а не на словах полноценно очистится не только банковская система, но и сам Национальный банк? И кто, кроме государства, налогоплательщиков и пострадавших вкладчиков, расплачиваться за уже выставленным стране многомиллиардным рефинансово-компенсационным счетом?

Если отвлечься от шквала страстей и эмоций, которым сопровождается нынешняя расчистка банковского сектора, то в сухом остатке страна имеет очень даже печальный результат. А именно: более 100 млрд грн розданного банкам-«зомби» рефинансирования не только пошли на фактическую поддержку бизнеса их владельцев, но и перетекли на валютный и другие рынки. И вылились в конечном итоге в трехкратную девальвацию национальной валюты и 60-процентную инфляцию, которая сейчас такой сверхтяжелой ценой выплачивается экономикой (из-за чрезвычайной цены банковских кредитов) и гражданами (из собственных кошельков на рынках и в магазинах).

Однако на этом процесс выкачивания денег вовсе не закончился — теперь государство и его налогоплательщики продолжают финансировать многомиллиардные выплаты из Фонда гарантирования вкладов физлиц, которые уже превысили 50 млрд грн и продолжают расти. Процесс идет с высокого «благословение» МВФ, но не стоит надеяться, что эти деньги выплачиваются за счет международных кредиторов и затем будут прощены официальному Киеву. «Простить» их, судя по динамике поступлений ФГВФЛ, снова придется за счет госбюджета и граждан, у которых по этому поводу возникает все больше вопросов. А вот активы проблемных и ликвидированных банков, тем временем, становятся, пусть и с очень плохим запахом, и все же лакомым куском для стервятников, которые пытаются поживиться на банковских трупах. Поэтому от ковыряния в деталях этого процесса несет так, что и с «высоты птичьего журналистского полета» становится плохо.

Еще на прошлой неделе редакция DT.UA направила как в Национальный банк, так и в Фонд гарантирования вкладов физических лиц официальные запросы. Среди прочего нас интересовало:

— Каким сегодня является долг коммерческих банков перед НБУ по рефинансированию, в том числе крупнейших проблемных и ликвидированных банков?

— Каков уровень кредитов инсайдерам/проблемных активов у каждого из этих банков по классификации НБУ?

— На основании каких документов осуществляется оценка качества и стоимости активов учреждений, в которые введена временная администрация ФГВФЛ?

— На каких площадках осуществляется продажа активов банков, находящихся в управлении ФГВФЛ? Кто контролирует эти площадки и кто является их акционерами?

— Почему уровень проблемных кредитов по версии НБУ и уровень наполнения активов по версии Фонда в проблемных банков так существенно отличаются?

Полученные нами ответы сложно назвать достаточно информативными. В частности, письмо ФГВФЛ не содержит ни одной (!) цифры в ответах на первые два вопроса.

Из того, чем ведомства согласились с нами поделиться, мы узнали (ответ НБУ), что на 7 октября 2015 задолженность банков Украины перед регулятором по кредитам рефинансирования составляла 104,8 млрд. грн. В том числе по стабилизационным кредитам и кредитам для сохранения ликвидности — 99,7 млрд.

Здесь стоит напомнить, что фактически львиную долю этих ресурсов — денег государства — было направлено на поддержку бизнес владельцев банков (которые были не в состоянии расплачиваться с вкладчиками). И даже если Нацбанк их сможет хотя бы частично вернуть, реализовав полученные взамен залога, то другим взыскателям вряд ли что останется. И не только потому, что опытные банкиры давно заменили реальные залоги «пустышками». Надо понимать, что все ликвидные активы проблемных банков уже находятся в распоряжении НБУ в качестве обеспечения по выданным кредитам рефинансирования. «Под покрытие он (НБУ) принял все лучшее. И, к сожалению, на сегодня регулятор не дал ни одного разрешения на продажу заложенного в него имущества. И мы его не продаем. Решение о продаже Нацбанк принимает на правлении, и пока они этого не сделают, мы не можем выставить залоговое имущество на продажу», — признался в недавнем интервью DT.UA председатель Фонда гарантирования вкладов Константин Ворушилин.

Между тем, как утверждают банкиры —  возврата рефинансирования, точнее, торг вокруг условий этого возвращения стал ключевым бизнесом чиновников Нацбанка и владельцев кредитно-финансовых учреждений. Причем бизнесом беспроигрышным для обеих сторон: акционеры за счет средств НБУ получали (и получают) возможность не возвращать выданных на собственные предприятия кредиты, а чиновники Нацбанка — фактически вечную кормушку и рычаг давления. Государство же в комбинации получает мертвую банковскую систему.

«Какая банковская система? Парад зомби …» — недавно отмахнулся от попытки начать разговор о состоянии финансовой системы один из авторитетных банкиров. И парадокс в том, что руководит этим «парадом» Нацбанк, который, по его собственному признанию, много месяцев не отключал (и сейчас не отключает) от аппарата искусственного дыхания давно уже «мертвые» банки.

Странное дело. Председатель НБУ в своем интервью признает, что ряд крупнейших коммерческих банков по сути своей перестали быть жизнеспособными еще 5-6 лет назад, приводит фантастические размеры их инсайдерского кредитного портфеля, но реальной ответственности за это никто не несет. Кивание на «папередников» и «смежников» с вопросом «А мы тут при чем? Мы все от нас зависящее сделали» — традиционный ритуал круговой поруки по-украински, в которой крайним остается или стрелочник, или простые граждане и предприниматели.

Фактически все громкие банкротства последних месяцев («ВиЭйБи», «Надра», «Финансовая инициатива», «Дельта», «Финансы и кредит») опоздали минимум на год. Причем вовсе не из-за того, что менеджменту этих банков так успешно удавалось скрывать реальное финансовое состояние финучреждений, — Нацбанк все наверняка видел. Но почему-то продолжал не только закрывать глаза на проблему, но и поставлять «мертвые» банки ресурсами.

Пять вышеназванных банков в 2014-2015 гг. получили от НБУ (по его же собственной информации — см. табл. 1) почти 22 млрд грн. При этом сама Гонтарева в интервью DT .UA признает, что только «Дельта» с «большой пятерки» не была кептивным банком. В остальных — кредиты инсайдерам от 65 до 96%. И хотя с направленной Нацбанком DT.UA информации следует, что банки якобы скрыли от НБУ реальное положение дел, рыночные эксперты утверждают, что не знать реального уровня задолженности инсайдеров перед банком регулятор не может.

2

3

Наши источники в НБУ утверждают, что информация о реальном размере инсайдерского кредитного портфеля Нацбанка известна более чем хорошо. Только реагировать на эти данные регулятор не очень спешит, иначе придется вводить временную администрацию практически во все банки с частным украинским капиталом, в том числе в крупные.

На этом фоне как минимум странным выглядит предложение Фонда гарантирования вкладов аудиторским компаниям большой четверки провести аудит так называемых fraud-трансакций (потенциально мошеннических операций) своих пациентов, но почему-то только в банках «Надра» и «Дельта», о чем заявил заместитель председателя ФГВФЛ Андрей Кияк.

При этом ни «Финансы и кредит» Жеваго, ни банки Бахматюка с колоссальным портфелем инсайдерских кредитов (о чем, напомним, публично заявила председатель НБУ), в Фонде почему-то решили не проверять. На вопрос «почему?» директор-распорядитель ФГВФЛ Константин Ворушилин дипломатично не ответил. Хотя на самом деле этот вопрос стоит повторить и журналистам, и вкладчикам проблемных банков — «Финансы и кредит» и «Финансовая инициатива» сейчас находятся под управлением временной администрации Фонда. И пока в банках находятся администраторы, согласно закону о системе гарантирования, они имеют возможность аннулировать соглашения, которые могли нанести ущерб банкам (то есть вкладчикам). Возможно, именно в этом причина неоправданно аудита?

Стоит также повторить и вопрос, который все чаще и громче ставят банкиры в общении с журналистами. А именно: почему усердие в решении проблем банковской системы чиновники проявляют только в двух-трех случаях? Во-первых, если финансовое учреждение участвует в «неположенных» схемах (иначе почему рынок «обналичивания» и нелегальных валютных операций процветает только в узком кругу банков?). Во-вторых, если банку действительно нечем платить проверяющим (иначе почему не закрывают банки, задерживающих платежи по месяцу и больше?). И в-третьих, по договоренности с акционерами, которым содержание банка обходится дороже, чем исключение из него средств и последующая ликвидация (иначе что это были за «штуки» для снятия «проблемности» из банка «Финансы и кредит» и почти моментальным последующим признанием его неплатежеспособным?).

Ах да, есть еще и поручение президента «найти и наказать виновных» в виде реакции на петицию вкладчиков «Дельты». Вкладчиков других банков в администрации президента, очевидно, не считают достойными внимания …

Цинизм и непоследовательность отношение государства к вкладчикам проблемных учреждений можно проиллюстрировать на примере двух «кейсов». Первый — это выдача кэптивных банку Олега Бахматюка «Финансовая инициатива» почти 3 млрд грн рефинансирования НБУ при том, что банк уже фактически не выполнял обязательств перед вкладчиками, а полученные деньги направил на финансирование бизнеса владельца. Но при этом продолжал привлекать вклады населения — до признания банка неплатежеспособным Бахматюк «взял» только у населения еще 200 млн грн.

Второй — признание системным «Дельта Банка», вроде бы должно гарантировать вкладчикам и корпоративным клиентам сохранность средств (системный банк подлежит спасения государством). Однако, как утверждают критики следующих действий Нацбанка, спасать «Дельту», скорее всего, никто и не собирался. Просто сначала был запущен банальный процесс по выкачиванию из его главного акционера Лагуна живых денег за «решение вопросов» по выдаче рефинансирования, затем — по выводу ликвидных активов в виде гособлигаций и гарантированных бумаг. При этом могли не вводить в банк временной администрации и не накладывать моратория на удовлетворение требований кредиторов для того, чтобы заставить продать остатки ликвидных активов. Согласно имеющимся в распоряжении DT.UA данным, в конце 2014 для поддержания жизнеспособности «Дельты» Нацбанком по ее портфею было продано гособлигаций на сумму около 900 млн долл. Кроме того, были проданы бумаги Сбербанка (обязательства ГИУ) и Укргазбанка. При этом продажа, исходя из имеющихся данных, осуществлялся по курсу НБУ на момент сделки, а оплата — в гривне с дисконтом 20-25% от номинала. Что, таким образом, привело к формированию потерь в банке на момент погашения бумаг в размере около 830 млн грн, которые вполне могли быть направлены на выплату депозитов. Такая вот забота о вкладчиках…

Что касается владельцев банков, то, как правило, отсрочка приговора им выгодна. Как уже упоминалось выше, до сих пор неясно, какие процессы произошли за две недели в банке «Финансы и кредит» Константина Жеваго в промежутке между снятием с него статуса «проблемный» (что должно было свидетельствовать о восстановлении его нормальной работоспособности) и признанием его несостоятельным. По этой причине требует тщательной проверки информация рыночных источников, за этот период компания Ferrexpo господина Жеваго, имевшая в банке депозит в размере около 150 млн долл., Могла перейти в статус обеспеченного кредитора, то есть получить права требования по ряду кредитов других заемщиков банка.

Или, например, будет опровергнута информация, что один из акционеров подконтрольного Жеваго столичной гостиницы «Салют» обратился с заявлением в Генпрокуратуру с требованием проверить законность выделения банку рефинансирования в размере 700 млн грн под залог имущественного комплекса отеля, оценочная стоимость которого составляет… 20- 22 млн грн. При этом в протоколах собрания акционеров «Салюта» есть и решение предоставить поручительство по задолженности банка «Финансы и кредит» перед НБУ на сумму — время еще сильнее хвататься за голову — 5 млрд грн. Если это именно то «личное поручительство» Жеваго перед НБУ по кредитам рефинансирования, о котором говорила Валерия Гонтарева, то вопросов к центробанку становится еще больше.

Не находят пока должного объяснения и факты вывода за границу полученного в НБУ рефинансирования. В частности, по информации DT.UA, проверка Генпрокуратуры пока не нашла нарушений при операциях «Дельта Банка» по выдаче кредитов на 4,1 млрд. грн связанным компаниям и последующей покупкой валюты в их интересах. А экс-председатель совета директоров «Дельта Банка» Елена Попова в своих комментариях прессе вообще утверждает, что вывести такую ​​сумму со счетов финучреждения было просто невозможно. «На 1 января 2014 наш долг перед Нацбанком по стабилизационным кредитам составил 6 млрд грн, из которых 4 млрд грн перешли к нам на баланс как долги Укрпромбанка и Кредитпромбанка. На момент введения временной администрации в банк долг по рефинансированию увеличился лишь на 2, 5 млрд грн., а клиентам мы выплатили за этот же период 650 млн долл. и около 5 млрд грн. Еще 1 млрд грн было выплачено НБУ в виде процентов по кредитам», — заявляет Попова.

При этом, оказывается, все контракты, которые сейчас анализирует прокуратура в свое время в 2012-2014 гг., уже проверялись департаментом валютного контроля НБУ. И замечаний у Нацбанка к этим контрактам не было!

Объяснение, оказывается, тоже есть: подобные операции активно использовались для, скажем так, «технической поддержки» капитала, которые, по данным осведомленных источников, проводились подавляющим большинством банков с украинским капиталом под непосредственным «шефством» функционеров НБУ. За якобы и незначительный, но очень даже конкретный откат — примерно по 0,2-0,3% от суммы операций в Нацбанке закрывали глаза на очевидную и всем понятную схему так называемого round-tripping, или в переводе с банкирского сленге — круговорота денег. Если упрощенно, схема выглядела так: банки выдавали кредиты якобы под импортные контракты связанным компаниям, которые затем выводили деньги из Украины, через цепочку офшоров возвращали деньги компаниям — акционерам банков, которые затем направляли их на «поддержки» капитала.

Кстати, именно поэтому у департамента валютного контроля и нет вопросов к таким сделкам — потому что они формально закрыты, и по всей цепочке контрагентов произведены расчеты. И хотя подобные лазейки в Нацбанке уже вроде закрыли, остается вопрос: не продолжают ли сквозь них проскакивать мыши или бегемоты, с учетом недавнего скандала, связанного с фамилиями Котвицкого-Авакова и выводом на Панаму 40 млн долл. при посредничестве госбанка? Как и вопрос: на самом деле происходит эффективная очистка авгиевых конюшен банковского надзора НБУ?

Пока проведены «реформы», которые вылились в реструктуризацию системы надзора (кураторы системно важных банков первой и второй групп теперь будут принадлежать к управлению по надзору за крупными банками, а остальные — к управлению кураторов средних и малых банков), явно не гарантируют от сбоев в системе принятия решения. Иначе как объяснить разрешение братьям Суркисам сконцентрировать 96,6% акций «Акцент-Банка»? Неужели в НБУ не замечают, что эта семья вряд ли может претендовать на статус лиц с безупречной деловой репутацией, поскольку не так уж давно довела до банкротства банк «БИГ-Энергия», в результате чего ФГВФЛ пришлось выплатить вкладчикам около 80 млн долл.

К деятельности же самого Фонда вопросов тоже становится все больше. Во-первых, непрозрачной остается методика и процедура оценки активов проблемных банков — на сегодня Фонд оценивает их примерно в 20% от номинальной стоимости. Но продать все равно может. С активов проблемных банков балансовой стоимостью 326 млрд грн, находящихся в управлении ФГВФЛ, как сообщал в сентябре DT.UA Константин Ворушилин, наторговать удалось на тот момент только на 1 млрд грн. При этом, как оказалось, в ФГВФЛ нет своих оценщиков. «Для того, чтобы следить за качеством оценки активов, в Фонде есть уже два сотрудника, которые проверяют и оценивают работу оценщиков, исходя из разработанной Фондом методики оценки активов», — заявил тогда господин Ворушилин. Но при этом он забыл, очевидно, уточнить, что порядок применения этой методики (по крайней мере на тот момент) не было утверждено. Что в итоге приводит к принятию «на веру» любой оценки, сделанной аудиторами, и, как следствие, к продаже имущества проблемных банков с любым, даже невероятным дисконтом.

Между тем поле для подобной деятельности продолжает расти. Опубликованная на прошлой неделе информация поставила под сомнение еще ​​одну многократно повторенный первым лицом НБУ информацию о том, что украинский банковский сектор уже очищен. Сам же регулятор официально насчитал в Украине, ни много ни мало, еще почти полсотни (48) учреждений с непрозрачной структурой собственности.

И хотя их доля в общей массе банковских активов, по подсчетам регулятора, составляет лишь 7%, числом эти «молодцы» представляют почти 40% из 120 действующих банков. Надо сказать, что, несмотря на проводимую «титаническую» работу по освещению, прошли необходимые процедуры только восемь учреждений (и еще девять ее вот-вот закончат). Причем вопрос, который очень активно сейчас обсуждается среди банкиров: как за подобные успехи надо благодарить известной юридической фирме, которую связывают с уже заявленным директором лицензионного департамента НБУ Антоненко. При этом хотя первый заместитель председателя НБУ Александр Писарук и заверил, что к опубликованному списку не следует относиться, как к «черному», он же и признал, что объявляемые НБУ неплатежеспособными банки чаще всего непрозрачную структуру собственности.

Поэтому в потенциальном списке неудачников еще как минимум каждый третий из числа еще действовавших банков. Вопрос только в том, когда действительно к ним по-настоящему дойдут руки у банковского надзора, и на кого обратит внимание слепой жребий. Потому что иначе назвать решение регулятора признать непрозрачной структуре собственности в ряде банков сложно. Как минимум, потому, что и более чем через полтора года после победы Майдана в стране продолжают работать и банки подсанкционных чиновников из окружения Януковича, и банки-обналичники, и банки-менялы, до которых почему до сих пор еще то не доходят, то ли НЕ дотягиваются руки руководства НБУ… Стоит еще раз напоминать, кто за весь это пир и парад платит?

Юрий Сколотяный, Роман Ивченко

перевод RNBEE news

Рейтинг: 0

Опубликовал(а):

не в сети 13 минут

Сергей Кирилов

4 964

Модератор сайта.
Если есть вопросы, задавайте в «приватный чат» в личном кабинете.

Италия. Город: Катания
34 годаКомментарии: 4339Публикации: 23066Регистрация: 01-08-2014
  • Модератор сайта
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Ваш день рождения * :
Число, месяц и год:
Войти с помощью: 
Перейти на страницу
закрыть