Суббота , 3 Декабрь 2016
001-515

Станислав Толчин: из аферистов — в министры?

Добавлено в закладки: 0

“Вор должен сидеть … в кресле замминистра!” — похоже, что именно этого мнения придерживается Владимир Гройсман, активно продвигающий генерального директора многострадального государственного предприятия Макеевуголь Станислава Толчина на пост первого заместителя министра энергетики и угольной промышленности.

У людей, близких к этим кругам, такое решение вызывает оторопь: например, народный депутат Украины, советник министра внутренних дел Антон Геращенко категоричен в оценке происходящего, называя такое назначение прямым путем к грядущему распилу государственных средств и существенным продвижением в коррупционных схемах.

Такое мнение сложно назвать безосновательным: на счету пана Толчина десятки уголовных дел, одно другого краше: тут и злоупотребление служебным положением, и нецелевое использование бюджетных средств, и недостачи, и махинации, причем вменяемый в вину ущерб государству оценивался в десятки миллионов гривен. Но вместо сурового, но справедливого наказания Станислав Марксович получает повышение по службе, в виде назначения заместителем главы Антимонопольного комитета Донецкой области (позднее — Киевского отделения). Где, впрочем, долго не прослужил, вернувшись в Макеевуголь, на прежнее место, где и продолжал активно снабжать свою немаленькую семью материальными благами.

Множество элитной недвижимости (в престижных районах Донецка, Киева, Ялты, а также на Кипре), невероятное количество автотранспорта, снабженного гаражами и паркоместами) — лишь малый перечень того, что аферисту удалось накопить за время своего безраздельного царствования на угольном поприще. И это при задекларированной (в 2014 году) сумме годового дохода в 111 тыс гривен. Так что перспективы угольной промышленности при назначении Станислава Толчина весьма непрезентабельны: тот же Антон Геращенко уверен, что оно неминуемо приведет к полному коллапсу и разрушению угольной отрасли. Впрочем, кто знает? Может, именно это и есть задача верховных властей? Тогда назначение совершенно оправдано, лучшей кандидатуры и не отыскать.

Недавно на центральных улицах Макеевки, Донецка и даже Киева появились десятки, если не сотни бил-бордов с надписью «Слава шахтерскому труду!» и неразборчивой подписью. Поскольку средняя стоимость аренды билборда по Украине составляет от $650 (в Киеве, разумеется, выше), плюс – расходы на изготовление рекламного постера, вырисовывается кругленькая сумма. Кто же и зачем разорился на столь необычную наружную рекламу? И что она собственно призвана продвигать?

Оказывается, это проделки Станислава Марксовича Толчина – генерального директора Государственного предприятия “Макеевуголь”. А продвигает он себя любимого. И ни куда-нибудь, а на должность министра угольной промышленности. Во время веселых «гульбаний» по ночным клубам, которые являются слабостью угольного генерала, он не раз повторял: «Я – готовый министр!». И рассказывал о своих планах занять кресло стареющего Полтавца.

Правда, для начала, решил Станислав Марксович, нужно приватизировать государственную шахту. Проще говоря, украсть ее у государства, превратив в ЗАО. Для Макеевки, чьим градообразующим предприятием является “Макеевуголь”, это означает окончательные «похороны» надежд на получение от жирного пирога “Макеевуголь” хоть копеечки в городской бюджет.

Вопиющий факт – пока директор ГОСУДАРСТВЕННОГО предприятия шикует по кабакам, разъезжает на «Ягуарах» и «Хаммерах» и выбрасывает казенные деньги на билборды, долг возглавляемого им хозсубъекта в бюджеты всех уровней достиг 180,0 млн грн. В том числе в местный Макеевский бюджет – более 18 млн. грн. В Пенсионный фонд – 200 млн. грн.

Естественно, мы не могли обойти вниманием такое безобразие и решили выяснить, как при таких «успехах» Толчину удается оставаться не только на свободе, а еще и на должности. В процессе расследования мы многое для себя открыли. И как крадутся бюджетные деньги, выделяемые для шахт. И как «делаются» фиктивные объемы добычи угля. Как обворовываются рабочие и создается «каста прикормленных» для контроля над ситуацией в коллективе. Интересной оказалась роль экс-министра Тулуба. И недалеко пришлось искать главного сообщника Толчина по коммерческим аферам: это его зять Александр Срулевич и учрежденное им ООО “Співпостачання”. Все это мы расскажем вам, дорогие читатели, в цикле статей о жизни, деятельности и опасных планах «угольного Наполеона» Толчина. А начнем, пожалуй, с «исходного материала» — личности нашего антигероя.

Мы не случайно назвали Станислава Марксовича «угольным генералом» и «Наполеоном». Эти эпитеты они придумал себе сам. Так сложилось, что, ввиду малого роста и безграничных, ни чем не обоснованных амбиций, у товарища развился комплекс имени французского императора. Что, увы, превращает его из руководителя госпредприятия в ходячую карикатуру.

На сайте «Макеевуголь» есть целый раздел, который так и называется: «Наши генералы». На все пресс-конференции Толчин выходит в расшитом золотыми позументами «шахтерском» мундире, обвешанном значками и медалями, часть из которых он купил на разного рода коммерческих «наградительных» конкурсах, другие учредил сам. Конкурсы он тоже выбирает с уклоном в военную тематику. Очень гордится победой в рейтинге «Гвардия-500». Вы о таком слышали? Мы тоже, нет. Но это не важно.

На предприятии есть свой знак (читай – герб) и гимн. Причем, слова для гимна написали сразу несколько самопальных поэтов: председатель профкома ПРУПУ ОП “Шахта “Ясиновская-Глубокая” Юрий Добровольский (большой друг здешнего профсоюзного лидера Валерия Зарецкого), помощник директора по кадрам ОП “Шахта “Северная” Юрий Ланской, ведущий экономист дирекции капстроительства ГП “Макеевуголь” Ирина Каменец, руководитель пресс-службы Вера Лященко и др. Победили тексты двух последних дам.

Это далеко неполный состав «касты приближенных», которую Толчин организовал по тюремному принципу, чтобы контролировать 10-тысячный коллектив. Всего в свиту гендиректора входят около 300 человек, которые (в тайне от рабочих) получают теневые доплаты, путевки, льготы, выезжают на «пикники». И за все это выполняют роль «толчинских комисаров» и стукачей одновременно. Т.е. убеждают других рабочих, кому не доплачивают, что директор – классный парень и доносят на недовольных. Их, разумеется, тут же выбрасывают за проходную.

Знаменит Станислав Марксович своими машинами (на фото) и наручными часами. Об этом уже писалось даже на «Украинской правде». Цитата: «В гараже Станислава Толчина, на сегодняшний день, по данным ГАИ, стоят: три автомобиля MERSEDES-BENZ, плюс RANGROVER, JAGUAR и HAMMER H2. По оценкам экспертов стоимость этого автопарка превышает сумму 500 тыс. долларов США.

Мерседес Толчина у входа в госпредприятие

Не стесняется Станислав Толчин и своей страсти к коллекционированию часов от ведущих европейских производителей. Недавно на макеевском генерале красовались часы BOVET, стоимость которых превышает 250 тыс. долларов США…».

Обратите внимание не на геевскую курточку, а на гламурные часы

Добавим от себя, что с момента выхода этой публикации прошел год. И за это короткое время парк толчинских лимузинов пополнился еще двумя моделями: Ferrari и Bentley. Машины он называет «недельками» и меняет их, как трусы: по одной на каждый день недели. Дескать, два дня подряд он «повторять» машину не может. Не царское это дело. Какого «коня» выкатить из гаража определят по… настроению. Скажете, у многих отечественных миллионеров схожие замашки? Не согласны. Миллионеры тратят СВОИ деньги. А Толчин – государственные. Кстати, вопрос на засыпку: куда смотрят КРУ, прокуратура и другие компетентные органы, кому положено вести учет казенным деньгам? Уж не в карман или, простите, в стакан к Толчину?

Поясню, о чем речь. Несмотря на то, что у Станислава Марксовича две взрослые дочери Оля и Полина и трое маленьких внуков, а так же заботливая супруга Галина Валентиновна, он не заядлый тусовщик. В выходной день, окружив себя длинноногими девицами специфического поведения, надев пижонский костюм и дорогущие часы, наш герой оправляется в «чес» по ночным клубам. И не только родного города, где ему не развернуться с шиком, а в Донецк или Киев. Собирает компанию не то, чтобы друзей (друзей у него нет, по причинам склонности кидать всех, о чем мы расскажем в следующей части расследования), а «нужных людишек», и выпендривается перед ними на полную катушку. Рассказывает, как ему сам министр звонит, и начальник министра (сами понимаете, о ком речь), и что бывший премьер В.Ф. «с руки у меня ест». «Нужные люди», может, и не верят, но конфликтовать с «будущим министром» опасаются. В результате, от безнаказанности он почти полностью утратил чувство меры.

Посмотрите на эту фотографию (лицо невесты из этических соображений заретушировано – дети за родителей не в ответе). Кто скажет, что «фраер» с наглым лицом и в развязной позе директор ГОСУДАРСТВЕННОГО предприятия? Шахтер!

Кстати, к шахтерству Толчина есть некоторые вопросы. По официальной версии, он родился в Бердичеве, в семье горного инженера (т.е. буквально – потомственный шахтер), и переехал в Донецк, лишь, когда поступил учиться в Донецкий политехнический институт. Который закончил в 1980-ом году с дипломом «горный инженер-электрик». Но вот какая неувязочка. В Бердичеве нет шахт, потому папаня нашего фигуранта – Маркс Вениаминович никак не мог работать там шахтером. Он, кстати, был оформлен соучредителем концерна “СТРАТОН”, основанного заводом железобетонных конструкций (ГОАО “Завод ЖБИиК”), который его сын возглавлял с июля 1989 года по октябрь 2006-го о довел до ручки. Сейчас на этом заводе директорствует муж дочери Станислава Марковича Полины – Александр Срулевич. А сам Толчин сохранился там в качестве соучредителя. Так, что это предприятие целиком и полностью у него семейное.

Но вернемся к образованию. Почему-то защищать кандидатскую диссертацию потомственный шахтер отправился не в родной политех, а в Донбасскую национальную академию строительства и архитектуры. И, наконец, самое интересное: мы нашли одного выпускника политеха (теперь это Донецкий национальный технический университет) 1980-го года выпуска и тоже горного инженера-электрика. Так вот, этот человек не сумел вспомнить Сашу Толчина. Запамятовал? Или что-то не то в биографии «угольного Наполеона»?

Не менее запутанный и «квартирный вопрос» семейства Толчиных. В разных документах фигурирует несколько его ОФИЦИАЛЬНЫХ «местожительств». Чаще всего встречаетсяё адрес Донецк, ул. Университетская, 20, кв.14. В учредительных документах некого ООО «Квазар ЛТД», существовавшего в 90-е годы, а затем закрытого, у Толчина другая прописка – Донецк, ул. Постышева, 129, кв. 17. Кстати, в этих (как и некоторых других документах) у Толчина то ли случайно, то ли умышленно искажено отчество: его записали Марковичем. И, если бы не налоговый номер, мы бы не смогли гарантировать, что это он. К счастью, номер не подводит. Так вот, что интересно: именно там, где изменено отчество, чаще всего присутствует и «левая» прописка. Что характерно: примерно, в то время, как для налоговой будущий руководитель «Макеевуголь» жил на Постышева, он был официально прописан в квартире №59 по улице Жовтневая, 84 в городе Донецке. А уже через несколько дней засветил в учредительных документах на ООО «Гранитный карьер» квартиру на Университетской.

Да, что там – квартиры в Донецке. У Толчина есть вилла на Кипре, которой он регулярно хвастается на пьянках выходного дня. Можем наверняка сказать, что оффшорная недвижимость государственного менеджера находится в городе Лимассол. Ибо именно там зарегистрирована фирма “VOVPPONI TRADINNG COLIMITED”, которая являлась соучредителем завода ЖБИиК, пока весь этот завод Толчин не переоформил на себя и своих людей.

Пока «угольный генерал» Станислав Толчин просаживает деньги «Макеевуголь» в ночных клубах Киева и Донецка, покупает часы по 250 тыс. дол. и Ferrari с Bentley, долг возглавляемого им предприятия в бюджеты страны, города и Пенсионный фонд превысил 400 млн. грн. Более того, по словам начальника финансового управления Макеевки Станислава Ткаченко, в последние месяцы поступления средств в городской бюджет, госбюджет и целевые фонды от “Макеевугля” прекратились вовсе.

20 млн. грн., которые «зажал» Толчин для 400-тысячного города сумма весомая. Это финансирование школ, больниц, системы ЖКХ. То, чем пользуются и сами горняки, и их семьи. Вместе со всеми жителями города они могли остаться без тепла: долг за услуги “Теплосети” не погашался предприятием более месяца. Толчин на это сказал в телекамеры фразу, которая стоит того, чтобы ее процитировали: “Я ЦЕЛЫЙ ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР двадцатитысячного коллектива. Я не знаю, кто не рассчитывается с теплосетью. Если я не знаю ни фамилии директора теплосети, ни как она выглядит, то откуда у наших предприятий могут быть нормальные взаимоотношения”.

Наконец, город ему рассказал, кто директор теплосети и как она выглядит и, пойдя на уступки, вместо денег был готов взять долг углем, чтобы поддерживать работу 18 котельных. Месяц переговоров и уговоров привел к тому, что 690 тонн угля Толчин выделил. Но… из расчета 730 грн за тонну, тогда как на рынке она не превышает 460 грн. И это, подчеркнем, «эксклюзивные цены» для коммунальщиков РОДНОГО города.

Впрочем, уроженец Бердичева Станислав Марксович Толчин, похоже, не считает шахтерскую Макеевку – родной, и не связывает с ней долгосрочных жизненных планов. Безразличие к судьбе города, на жителях которого он так бессовестно наживается, и упомянутая нами в предыдущей публикации вилла на Кипре – не единственное тому подтверждение. В планах «угольного генерала» прибрать к рукам возглавляемое им предприятие, выгодно… продать его, вероятно, предварительно расчленив на куски. А затем уехать из Макеевки. Зачем? Поясняем.
Кризис, в который погрузилась Украина (и весь мир тоже), значительно затруднил сбыт угля, особенно коксующейся группы. Это и понятно: меткомбинаты в «коме», оптимистических прогнозов никто не дает. В результате цены на уголь упали почти втрое, по сравнению с июлем 2008 года. Экспорт маловероятен, поскольку добываемый в Макеевке уголь не отвечает европейским стандартам по содержанию серы. Т.е. продать его можно только на украинском рынке по цене от 400 до 500 грн. за тонну. Это фактически убыточная цена. Поэтому разумно на период кризиса остановить наименее рентабельные шахты: в составе «Макеевуголь» их семь из девяти. Для горняков это не самый худший вариант. По закону, государство должно обеспечить им гарантированные выплаты на период закрытия, досрочное оформление пенсий (кто «выслужил») и другие льготы.
Но люди интересуют Толчина, несравнимо меньше, чем деньги. Что доказывает пример работников «Завода железобетонных, бетонных изделий и конструкций” (ЗАО «ЖБИиК»). Этим предприятием Станислав Марксович рулил с июля 1989 года по октябрь 2006 года. Потом преобразовал завод из государственного в акционерное общество, забрал у работников акции, оформил их на себя и подставных лиц (ныне учредителями являются он сам, Наталья Швец, Наталья Стаценко и Валентина Сычанова) и стал полновластным хозяином. А директором назначил своего зятя – Александра Срулевича, который в его бизнесе играет роль «главного подносящего».

Кстати, перебравшись директором угольного объединения, он первым делом якобы выстлал все шахты «Макеевугля» железобетонными плитами. Представляете себе эдакие автобаны под землей?! Правда, на самом деле, шахтеры и сейчас ходят в макеевских шахтах по породе. Но деньги были списаны немалые. При таких делах, у Толчина, казалось бы, одна перспектива: «небо в клеточку, друзья в полосочку». Но… Станислав Марксович – очень хитрый парень, с большим опытом «решения вопросов». Он «окрутил» тогдашнего министра Сергея Тулуба, и не только избежал уголовной ответственности, но и, работая хуже других, получал государственных денег больше.

Вот фрагмент прошлогодней статьи на «Украинской правде»: «за 2006 год «Макеевуголь» отгрузил угля на сумму 588 млн. грн. А получил 635 млн. грн, на 47 миллионов больше, чем заработал. При этом, другие объединения недополучили за отгруженную продукцию: «Красноармейскуголь» – минус 13 млн. грн., «Краснолиманская» – минус 5 млн. грн., «Селидовуголь» – 6,5 млн. грн., «Добропольеуголь» — 8 млн. грн., «Артемуголь» — 3,6 млн. грн.
Та же история с господдержкой, то есть, так называемыми, дотациями угольщикам на себестоимость продукции. «Макеевуглю» досталось почти в четыре раза больше, чем подавляющему большинству угольных ГП Донецкой области. Хотя себестоимость угля там не может сильно отличаться от себестоимости на других шахтах. За что такие преференции? Ответ на этот вопрос, похоже, лежит либо в желании самого Сергея Борисовича Тулуба поучаствовать в разделе угольного пирога, либо в большой любви к руководителю «Макеевугля» Станиславу Марксовичу Толчину…». К слову, Тулуба наш герой, в конце концов, кинул, как это он делает со всеми остальными «попутчиками», поэтому, собственно, и не имеет друзей.
Однако вернемся к простым людям – работникам завода железобетонных конструкций. В то время, как Толчин греб миллионы гривен за фиктивное «бетонирование шахт», им нечего было дать на обед своим детям. Длительное время на тогда уже ЗАО не выплачивалась заработная плата, а из-за неплатежей в пенсионный фонд честно отработанное время не вошло в пенсионный стаж.
То же самое, увы, ждет и коллектив семи из девяти шах «Макеевугля». Сбитые с толку директорской «агентурой» (теми, кого Толчин прикармливает: тайно выдает повышенную зарплату и возит с собой по пьянкам), они думают, что спасают свое предприятие. Дескать, если не создать ЗАО – его приватизируют, продадут, кому попало, а людей выгонят на улицу. Вся эта чушь не соответствует действительности, но на руку директору, который, после успешного промывания мозгов коллективу, станет не просто казенным управляющим, а собственником огромного объединения.

Несмотря на то, что имущество ГП находится в налоговом залоге (в связи с колоссальными недоимками), вопреки закону о местном самоуправлении, который требует согласовывать такие вопросы с местным советом (чем Толчин, разумеется, пренебрег), 24 ноября прошло собрание учредителей. На нем на 15 тыс. работников предприятия расписали по одной акции в 50 грн. Что будет дальше – известно, в том числе и на примере «ЖБИиК»: акции незаметно перейдут к директору. А люди автоматически лишатся всех льгот и выплат.
Дело в том, что, как мы уже сказали, за судьбу закрываемых государственных шахт ответственность наряду с коллективом несет государство. Т.е. есть шанс, что власть поможет, не эта, так другая. А в составе ЗАО ответственность государства за закрытие шахт не предусмотрена. Это является прерогативой органов управления самого ЗАО при достаточно ограниченных правах работников.
Безработные шахтеры окажутся один на один со своими проблемами. И город просто не вытянет их на своем «горбе». Потому, что забрать недоимку из частной лавочки господина Толчина будет уже практически невозможно. Чем это грозит? Известно чем: массовые акции протеста, голодные бунты, сокращение отчислений, дефицит городского бюджета.
Но всего этого ни Станислав Марксович, ни его дети и внуки наблюдать не будут. То, что Толчин собирается оставить пару-тройку наиболее рентабельных и малозатратных шахт и с выгодой для себя закрыть (обанкротив) внутри ЗАО остальные предприятия, для Макеевки не секрет. А вот, что он намерен делать дальше, здесь не догадываются.
Зато в Киеве кому надо об этом знают. Ибо в столицу Станислав Марксович заезжает не только с девочками потусить, он ищет потенциальных покупателей. Говорят, уже есть заинтересованные лица. Кое-кого Толчин якобы даже привозил показывать «объект», словно речь идет о продаже квартиры. «Маклером» этих дел выступает все тот же Саша Срулевич, который облюбовал элитные клубы для золотой молодежи «Арену» и «Прад-а» (напротив арт-центра Пинчука) на Бессарабке, и спускает там «представительские» деньги стодолларовыми купюрами.

Не забывает Станислав Марксович активно обхаживать и чиновников Минуглепрома, которые нужны ему, пока государство ссужает «Макеевуголь» казенными деньгами. Причем, одновременно (с глубоким подобострастием) заглядывает в глаза министру Полтавцу и хвастается на пьянках, что скоро займет его место. Вот вам, кстати, и ответ, куда собирается потратить деньги от продажи предприятия угольный «наполеон» Толчин! Должность министра он мечтает себе прикупить! И это вовсе не шутка. Плох тот генерал (даже угольный), который не хочет стать маршалом.

А не срастется амбициозная афера – не беда. На худой конец есть упомянутая вилла на Кипре. Своего рода запасной «аэродром» на случай жесткой посадки. Не авиационной. Уголовной. И не за призрачную канитель с превращением ГП в ЗАО, а по причине куда более банальной: хищение госимущества в особо крупных размерах. Слышали о такой статье Уголовного кодекса?

Машины, девочки, пьянки-гулянки, дорогие часы и оплаченные неизвестно из каких средств (предприятие убыточное) рекламные щиты и ролики – это «цветочки». Специально для Генеральной прокуратуры, поясняем, как Станислав Толчин зарабатывает левые деньги.

Помимо банального разворовывания бюджетных финансов, есть два испытанных способа. Первый – классический: приписки. Другими словами – искажение отчетных бухгалтерских данных. Суть схемы в том, чтобы сначала показать большой объем добытого угля, потом списать его под видом несоответствия требованиям качества (зольности и др. показателей). При этом на фиктивный уголь начисляется заработная плата, налоговые платежи страховые начисления, государственные дотации. Для проворачивания этой схемы у Толчина есть целая команда доверенных лиц: директора шахт, главные бухгалтера, маркшейдера, плановики-экономисты, начальники участков и проч.

По этой причине, Толчин регулярно «трется» в конкретных кабинетах Минуглепрома, «решая» вопросы снятия из объема добытого угля якобы «некачественного». Последняя «тема» — это около 200 тыс. тонн по шахтам «Чайкино», «Ясиновка», «Северная», которые входят в ГП «Макеевуголь».

Второй способ – специфический, понятный отраслевикам. Он зеркально противоположен первому. Не приписки с дальнейшими «отписками», а завышение фиктивного объема добытого угля методом увеличения его зольности. Или, можно сказать, увеличение добываемой горной массы за счет отгрузки породы. Таким способом в ГП и на фабриках по обогащению угля ежемесячно допускаются приписки к объемам добычи до 2 тыс. тонн. Об этом в «Макеевугле» знает каждый опытный шахтер. При наличии соответствующей воли проверить информацию и убедиться в ее достоверности не составит труда. После чего любые разговоры об изменении формы собственности угольного объединения отойдут на второй план. А причины его убыточности (несмотря на щедрое государственное субсидирование) предстанут совсем в другом свете.

ORD

Рейтинг: 0

Опубликовал(а):

не в сети 16 часов

Евгений Киевский

64
Украина. Город: Киев
Комментарии: 381Публикации: 102Регистрация: 15-04-2016
    Авторизация
    *
    *
    Войти с помощью: 
    Регистрация
    *
    *
    *
    Пароль не введен
    *
    Ваш день рождения * :
    Число, месяц и год:
    Войти с помощью: 
    Перейти на страницу
    закрыть