Суббота , 10 Декабрь 2016
001

Прокурор Сергей Горбатюк: «Целью давления на меня является установление контроля над экономическими производствами»

Добавлено в закладки: 0

Сергей Горбатюк — руководитель департамента специальных расследований Генпрокуратуры. За два года пребывания в должности заслужил репутацию самого несговорчивого «важняка» ГПУ и получил кредит доверия общественности, уже несколько раз спасавшей его от отставки. 

За эти же два года Горбатюк отметился уже двумя открытыми конфликтами с руководителями ведомства. Не прошло и года со времени неудачной попытки экс-генпрокурора Виктора Шокина перевести Горбатюка на работу во Львовскую областную прокуратуру, как нынешний руководитель ведомства Юрий Луценко попытался лишить его работы, не посылая в отставку.

Так, 24 октября генпрокурор Луценко объявил о создании нового управления, которое будет расследовать деятельность преступной организации бывшего президента-беглеца Виктора Януковича. На практике это означало, что все уголовные производства департамента спецрасследований должны быть переданы в подследственность нового отдела, туда же должны были перейти на работу подчиненные Горбатюка, что впоследствии могло привести к расформированию старого департамента. Но вышло не так, как предполагалось.

Вовремя почуяв потенциальную опасность, Горбатюк, как и во время скандала с Шокиным, сделал спасительный шаг — вынес сор из избы на обсуждение общественности. Расчеты оказался правильными: соцсети и СМИ выступили против решения Луценко, половину производств департамента спецрасследований оставили, изъяв, правда, большую часть «самых дорогих» сердцу руководства государства уголовных дел, возбужденных против самых одиозных коррупционеров предыдущего режима.

Основные упреки руководства в адрес Горбатюка заключаются в том, что он работает медленно и неэффективно. Медлительность расследования откровенно раздражает генпрокурора Луценко, принимая во внимание его амбициозную политическую цель — отчитаться перед народом до конца текущего года, что Януковича и его приспешников постигло судебное наказание. В свою очередь Горбатюк убежден в том, что поспешность в расследовании приведет к развалу дела в суде, а виновник избежит наказания. Об этом, как и о причинах конфликта с Луценко, корреспондент ZN.UA поговорила с Горбатюком в помещении Главного следственного управления ГПУ на Подоле, где застала его почти сразу после распространения в СМИ информации о его будто бы срочном больничном. В этот день, несмотря на  диагностированный накануне бронхит, Горбатюк находился на рабочем месте, где проводил совещание с подчиненными о новой реорганизации в Генпрокуратуре. 

— Сергей Викторович, вы только что вернулись со встречи с генпрокурором Юрием Луценко по поводу создания нового управления по расследованию деятельности преступных организаций. О чем там шла речь? 

—Название департамента осталось, но структура, сформированная для расследования деятельности преступной организации и преступлений высоких должностных лиц во время протестных акций, разрушена.Ведь теперь в нашем департаменте осталось 84 сотрудника из 155. Логики я не понимаю, и ничего конструктивного в этом нет.

Изымаются дела, связанные с руководителями бывшей провластной преступной организации, Межгорье и Сухолучье. Изначально это (реорганизация.О.Д.) делалось для того, чтобы забрать все резонансные дела, включительно с Майданом. Но после шума в печати и соцсетях решение изменили, и теперь у нас отбирают лишь часть экономических производств. Остаются дела об исполнителях расхищений, «майдановские» дела и отдельные экономические производства по высоким должностным лицам.

Самое плохое — то, что перед принятием такого решения никто даже не пытался поинтересоваться моим мнением по поводу такой «оптимизации». Я считаю, если бы это делалось для достижения позитива в работе, со мной бы посоветовались. Но получается так, что на словах мои профессиональные способности хвалят, а по поводу работы департамента со мной никто не совещается, и подавляющее большинство моих предложений по совершенствованию этой работы отвергают.

— В чем тогда логика реорганизации?

—Основная называемая причина, — то, что я якобы выступаю категорически против заочного судопроизводства.

— То есть вы считаете эту причину не настоящей. Какова же тогда, по вашему мнению, настоящая?

—Можно предположить, что иной целью является установление контроля над экономическими производствами. Именно из-за них я время от времени чувствую давление, относительно меня расследуются какие-то дела или мне куда-то там на работу предлагают перейти. Все это связано исключительно с экономическими производствами, с какими-то распоряжениями по этим производствам.

— Да, я помню, как экс-генпрокурор Шокин хотел вас «в ссылку» отправить во Львов. Какое тогда было распоряжение? Закрыть дело против Александра Клименко?

—Распоряжение было по поводу непривлечения некоторых лиц в деле по подозрению относительно Александра Клименко и по факту завладения Сухолучьем. Хотя категорически мне никто не говорил: «Не привлекай». Говорили: «Есть такая просьба».

— Это вам Шокин говорил?

— Нет, Столярчук (заместитель генпрокурора. — О.Д.). Я сказал, что оснований для непривлечения нет, и мы сообщили фигурантам о подозрении. После этого руководство ГПУ медлило с принятием окончательного решения по подозреваемым, вплоть до момента, когда я сказал, что вынужден буду уведомить об этом общественность. Тогда решение приняли, но через несколько дней появилось предложение о моем переезде во Львов, а потом — первая попытка вынести выговор или уволить.

— Какой была причина на этот раз?

— Опять же Клименко. Когда Луценко пришел на должность генерального прокурора, я сразу же вручил ему пакет документов о давлении на меня со стороны предыдущего руководства и о препятствиях в расследовании дела Клименко. Там было указано, что несмотря на давление предыдущего руководства, мы сообщили о 10 подозрениях, еще шесть подозрений находятся у прокуроров, и мы готовы дальше расследовать дело. Но вместо того, чтобы отреагировать или помочь в расследовании, нам пришло постановление о передаче этого дела в подследственность военной прокуратуры. Основанием для передачи стал протокол совещания, на котором якобы, в моем присутствии, это решение и приняли в связи с неэффективностью расследования. Но я был на том совещании, и на нем ничего такого не обсуждали, дело Клименко там вообще не рассматривали. Я обжаловал этот протокол из-за внесенных в него ложных сведений и попросил отменить незаконное постановление, но это ничего не изменило. Я даже ответ не получил. Замечу: изымаются практически расследованные дела. Очевидно, это делается для того, чтобы потом похвастаться результатами за счет тяжелой работы предыдущих следователей.

Аналогично, в июне нам передали дело относительно Злочевского, а через месяц забрали. То же самое по «вышкам Бойко»: в июне передали, а в октябре приходит постановление, в котором речь идет о неэффективном расследовании и передаче дела, насколько я понимаю, Главной военной прокуратуре. Но этого дела, насколько я знаю, никто не изучал, а следовательно — и не видел, что мы существенно продвинулись. Хотя, возможно, именно это стало причиной передачи.

— А как касаются «вышки Бойко» военной прокуратуры?

—У меня возникает тот же вопрос.

— Возможно, военный прокурор Матиос дружит с Луценко, а вы не дружите? 

—Возможно. Но при чем здесь дружба, если у нас у всех одна обязанность — соблюдать закон?

— Кажется, новое управление создали для того, чтобы лишить вас работы, не посылая в отставку, из-за общественного резонанса, который бы вызвали ее результаты. Но шум все же поднялся, вследствие чего половину работы вам все же оставили. Раньше Шокин отправлял вас с глаз долой, теперь, как вы говорите, уже и Луценко ставит препятствия. Вам самому не надоело работать в таких условиях? 

—У меня нет цели пропиариться и как можно скорее с криками «ура» направить дела в суд, когда еще не все сделано, и отчитаться об этом, а потом получить оправдательный приговор. Моя цель — чтобы каждый виновный получил то, что заслужил, на основании достаточных и должным образом собранных доказательств, с соблюдением законной процедуры. Просто очень жаль времени, которое мне нужно тратить на обжалование незаконных решений и доказательства, что белое — это белое, а черное — это черное.

— Вы действительно выступаете против заочного судопроизводства?

— Я выступаю против применения нынешнего закона, которым сейчас регулируется специальное (заочное.О.Д.) судопроизводство. Еще 3 августа этого года я написал докладную записку генпрокурору, предварительно проанализировав это законодательство и получив по нему выводы профессиональных учреждений и организаций. Хотя, ради справедливости, следует отметить, что и среди ученых нет единого понимания проблемы. В докладной я изложил все недостатки этого закона, которые, по моему мнению, могут привести либо к оправдательным приговорам в делах в украинских судах, либо к отмене вероятных приговоров наших судебных инстанций Европейским судом, с выплатой компенсации фигурантам. И это с учетом того, что действующим УПК Украины не предусмотрено возвращение дел на дорасследование после того, как они уже направлены в суд. То есть если дело разваливается в суде, можно только либо закрыть его, либо вынести оправдательный приговор, и дополнительные доказательства в нем собирать нельзя.

Поэтому я выступаю за внесение изменений в этот закон, ведь в нынешнем его виде он будто умышленно прописан для того, чтобы фигуранты имели существенные юридические зацепки для избежания наказания.

— Но это же не повод ожидать очного осуждения, например, экс-президента Виктора Януковича и его приспешников. Поскольку они сбежали в Россию, при нынешних обстоятельствах этого можно ожидать еще лет 50. Где гарантия, что они не избегут наказания?

—Именно поэтому я и задаю вопрос о внесении изменений в закон о заочном судопроизводстве. Во-первых, действие этого закона не должно ограничиваться одним годом, поскольку тем самым мы прописываем избирательность правосудия только по отдельной категории лиц. Во-вторых, заочное осуждение должно применяться в случаях, когда у нас есть доказательства или свидетельства о месте пребывания разыскиваемого человека в другой стране. Мы должны подать туда запрос на экстрадицию, и когда та или иная страна нам официально откажет, мы сможем применить к подозреваемому заочное судопроизводство, присылая по местопребыванию подозреваемого предусмотренные УПК документы следствия и обеспечив ему право на защиту и право на адвоката, которого подозреваемый выберет себе сам.

— Вы до сих пор не получили официального подтверждения от России относительно Януковича?

—Прямого подтверждения нет. На наш запрос об экстрадиции российская сторона отвечает, что не может его выполнить, исходя из нормы Европейской конвенции о вероятных признаках политического преследования. Как из этого понять, есть у них Янукович или его нет? Вроде как он там есть, поскольку они нам отвечают отказом, но прямо это не написано.

— Но, судя по словам его адвоката, вполне возможно, что Россия все же позволит вам его допросить?

—В допросе Януковича по вопросам следствия нам отказали, кстати, тоже не подтвердив, находится ли он в РФ. Его могут допросить как свидетеля на основании ходатайства, инициированного Святошинским судом, во время рассмотрения дела по фактам расстрела 20 февраля на Майдане. Сейчас это ходатайство находится на рассмотрении в правоохранительных органах Российской Федерации, и перспектива допросить Януковича до сих пор полностью зависит от них.

— И как обойтись без заочного судопроизводства, если Россия официально не отвечает отказом в экстрадиции, однако и не подтверждает, что Янукович находится на ее территории? 

—В изменениях в закон о заочном судопроизводстве надо прописать что если мы имеем доказательства пребывания лица на территории другой страны, а эта страна не подтверждает этого официально, например, в течение 3–6 месяцев, то она тем самым отвечает отказом нам в сотрудничестве относительно экстрадиции. В противном случае, с нынешним законом, мы будем иметь приговоры, которые никакая страна, пользуясь Европейской конвенцией, выполнять не будет, ссылаясь на политические мотивы преследования осужденного. Какой тогда смысл в этом заочном расследовании? Чего мы добиваемся?

— Очевидно, хотя бы резонанса.

— Так чего же? Справедливости или резонанса? Эти люди частично уже наказаны тем, что находятся в розыске, и как только появятся в Украине, будут немедленно задержаны, а обвинительные акты в отношении их — направлены в суд. Важно направить усилия на привлечение к ответственности виновных, находящихся на территории Украины, а также на выявление средств и имущества, которыми они незаконно завладели, для его конфискации.

Нужно завершать каждый отдельный, хоть и маленький эпизод. Например, в направленном в суд эпизоде относительно исполнителей в производстве о Сухолучье (бывший руководитель КОДА Вера Ульянченко и ряд физических лиц из окружения Януковича, которым инкриминируется завладение госсобственностью в интересах экс-президента. — О.Д.) санкция статьи уже предусматривает конфискацию. И для того, чтобы провести эту конфискацию, нам не надо завершать большое дело в отношении преступной организации. Дело о Сухолучье, по подозрению разыскиваемого организатора, можно завершить максимум через полгода-год, а если будет желание быстро его рассмотреть, можно успеть и за 4 месяца. В случае обвинительного приговора по завершении дела все арестованное  имущество должно быть возвращено государству.

Все приговоры по небольшим эпизодам лягут в основу обвинения по преступной организации, и этих эпизодов — тысячи, поскольку организации инкриминируется деятельность в период 2010–2014 гг. Если мы их все будем расследовать скопом, дело затянется на 10–20 лет. Поэтому логика такова: мы получаем приговоры по отдельным эпизодам и собираем их в большое дело по преступной организации. В законе прописано, что в случае наличия юридического факта, установленного решением суда, этот факт не надо повторно доказывать. Таким образом, десятки фактов из мелких производств относительно исполнителей составят «большое» дело, и мы, тогда уже в максимально сжатые сроки, получаем приговор в целом по делу о преступной организации.

— Тогда перейдем, собственно, к преступной организации: установлены ли следствием ее организаторы, иерархия, направления и цели деятельности?

— По подозрению выдвинута версия, что преступная организация была создана для разграбления государственного бюджета в собственных интересах, и именно дальнейшее системное разворовывание средств считается основным подтверждением ее деятельности. Как я уже говорил, там очень много эпизодов, по которым уже сообщено о подозрении: и завладение госимуществом Межгорья и Сухолучья, и деятельность Александра Клименко на посту главы налоговой, и деятельность Курченко, и много других эпизодов по преступлениям чиновников, которые назначались на должности Януковичем и действовали согласованно для получения незаконной выгоды.

Мы отрабатываем версии по иерархии этой организации, собираются доказательства, чтобы обоснованно сказать, кто за какое направление там отвечал. Фамилии лиц я не имею права называть до момента признания их виновными или, как минимум, до сообщения им о подозрении.

— Деятельность этой преступной организации привела, как известно, и к узурпации власти Януковичем. Доказана ли следствием роль Конституционного суда в этом процессе, и в чем заключалась эта роль?

— Прежде всего хочу отметить, что производство по факту вынесения неправосудного решения Конституционным судом (от 30.09.2016 г., о восстановлении Конституции Украины в редакции 1996 г., с существенным расширением полномочий президента. — О.Д.), нам не передавалось более полутора лет, хотя оно является основой дела о первом этапе деятельности преступной организации — узурпации власти. Когда в июне нынешнего года к нам, наконец, прислушались и передали дело, оказалось, что в течение предыдущих полутора лет расследование фактически не проводилось. Сейчас мы начинаем его почти с нуля, а потому говорить о быстрых результатах не приходится. Я написал рапорт генпрокурору с целью проведения служебного расследования, кто и почему это дело не расследовал, но реакции на него пока нет, зато я получил выговор.

В общем, составляющими дела об узурпации является не одно, а несколько решений Конституционного суда, ведь для того, чтобы захватить власть, нужно было получить контроль над тремя ее ветвями — законодательной, исполнительной и судебной. Итак, первой составляющей является решение КС, позволившее депутатам формировать парламентское большинство не только из фракций, но и из отдельных депутатов, после чего в Верховной Раде появились «тушки» и Янукович получил искусственное пропрезидентское большинство. Вторая составляющая — так называемая «судебная реформа», когда Верховный суд был лишен части полномочий по рассмотрению дел; ну, и третья составляющая — собственно решение КС от
30 сентября по расширению полномочий президента. Для полноценного результата в указанном производстве еще надо провести большую работу, но уже есть существенное продвижение по отдельным направлениям, в частности, по противоправному введению Минюстом Конституции 1996 г. в действие.

— Вы говорите, что в отношении Конституционного суда мало доказательств, и скорого результата в деле нечего ожидать. Но НАБУ передало вам часть «черной бухгалтерии» Партии регионов, где значатся системные выплаты тогдашним судьям КС. О каких суммах там говорится, и разве это не может стать доказательством?

— Там действительно числятся определенные выплаты, сумм называть не буду, поскольку следствие не завершено. Но за эти выплаты не расписывались непосредственно судьи, за них расписывался определенный представитель, который, как мы предполагаем, мог эти средства передавать. Однако это все надо еще проверить и доказать.

— А почему НАБУ передало эти документы вам? Ведь коррупция судей — это подследственность НАБУ?

— В 2015 г. в переходные положения УПК были внесены изменения, согласно которым дела, возбужденные до начала функционирования НАБУ, завершаются следователями прокуратуры.

— Знаете ли вы, что «черную бухгалтерию» ПР вел Евгений Калюжный, брат депутата Виталия Калюжного? Известно ли вам, что Евгений Калюжный, не имеющий депутатской неприкосновенности, уже беспрепятственно выехал за границу? Вы его допрашивали?

— Не скажу, допрашивали ли. Копии документов нам передали через 2 месяца после передачи «черной бухгалтерии» в НАБУ, опять же — по поводу лиц говорить не буду, в интересах следствия.

— Фигурантов этой бухгалтерии, насколько известно, консультирует ваша давняя знакомая Елена Лукаш, которая недавно выиграла дело в отношении своих санкций из-за ненадлежащего оформления ходатайства Генпрокуратурой. У вас к ней еще остались какие-то претензии?

— Конечно. Только это — не претензии, а обоснованное доказательствами сообщение о подозрении по завладению средствами путем злоупотребления служебным положением. Следствие находится на этапе завершения, мы ожидаем результатов последней экспертизы. После этого, по моему мнению, прокурор будет иметь основания для открытия материалов стороне защиты для ознакомления.

Относительно ситуации с неправильным информированием институтов ЕС — было несколько производств, которыми проверялась деятельность министра юстиции периода, когда эту должность занимала Лукаш. Первое — растрата средств на американскую юридическую фирму для опротестования решения Европейского суда по незаконному аресту Тимошенко. Второе — расходы средств на исследования по сравнительному анализу европейского и украинского законодательства. Производство по американской фирме сначала было зарегистрировано на двоих, поскольку сами злоупотребления были совершены во времена министра Лавриновича, но тот бюджетный год заканчивался, когда на должность министра юстиции уже пришла Лукаш. Позже, по результатам расследования, мы пришли к выводу, что будем инкриминировать эти злоупотребления только министру Лавриновичу, обвинительный акт в отношении которого уже направлен в суд. Однако на начальном этапе предыдущие следователи сообщали в Европу, что в расходовании средств на эту американскую фирму также подозревается Лукаш. Именно это и было опровергнуто решением суда. А дело о незаконных расходах на сравнительный анализ законодательства, по подозрению Лукаш и ряда других лиц — осталось.

— А как так получилось, что Янукович выиграл в европейском суде дело о санкциях против него и его сыновей, и Украина ему еще после этого должна выплатить компенсацию затрат на процесс?

— Не знаю. Это — дело Министерства юстиции, Генеральная прокуратура к этому никакого отношения не имеет.

— Можете назвать хотя бы примерный объем средств и имущества, которые Украина могла бы вернуть в случае успешного завершения всех процессов по делам Януковича и его приспешников?

— Возвращено должно было быть все, что в настоящее время арестовано. Могу сказать, что по обращениям нашего департамента, даже без учета дел Арбузова, Курченко и Клименко, которые у нас забрали, обнаружено и заблокировано зарубежных активов и денежных средств бывших чиновников на общую сумму более 107 млн долл., 122 млн швейцарских франков, 22 млн евро (всего — свыше 250 млн долл.). Во время следствия из этих средств за рубежом арестованы примерно
30,6 млн долл., 515 тыс. евро, 1 млн 375 тыс. швейцарских франков.

Кроме того, на счетах в банках Украины арестованы более 35 млн грн., 15,3 млн долл., 542 тыс. евро, ценные бумаги на сумму 722 млн грн. и 5,5 млн долл., средства подконтрольных компаний на сумму
1 млрд грн, а также 5 млн долл., найденные во время обысков. Арестованы также 64 земельных участков, более 200 объектов жилого и нежилого фонда, 40 гаражей, 37 автомобилей, 8 водных транспортных средств и другие ценности (картины, часы, золотые слитки, иконы и пр. — О.Д.), стоимость которых устанавливается. И работа по выявлению имущества продолжается.

— Вы говорите, что получили выговор от руководства за якобы неэффективное расследование. Можно сомневаться в этих упреках, но, с другой стороны, скоро очередная годовщина Евромайдана, а у вас к ответственности привлечены несколько исполнителей преступлений, в отношении же организаторов — почти ничего нет.

— Почему нет? Организаторы привлечены, извещены о подозрениях, и они объявлены в розыск. Но мы опять возвращаемся к проблеме заочного судопроизводства. И я еще раз подчеркиваю, что именно в таком ракурсе и должна вестись работа: отдельные эпизоды направляются в суд, получаем решения об исполнителях и организаторах среднего звена, и все это становится основой для окончательного приговора по обвинению против руководителей преступной организации.

Если кратко говорить о том, что сделала Генпрокуратура по «майдановским» делам, — то 193 лицам сообщено о подозрении, и они объявлены в розыск. Среди них — 34 чиновника, 122 работника органов внутренних дел (в том числе 14 следователей), 6 прокуроров, 2 судей и
29 гражданских лиц, так называемых «титушек». В суд направлено 39 обвинительных актов в отношении
75 человек, на данный момент вынесено 11 приговоров.

По эпизоду разгона акции протеста 30 ноября — в суд направлен обвинительный акт по Попову (Александр Попов, бывший председатель КГГА. — О.Д.) и еще четырем командирам рот «Беркута». Противостояние 1 декабря под АП — привлечены три бойца и двое командиров «Беркута». Разгон акции протеста на Майдане в ночь с 10 на 11 декабря — привлечены два командира «Беркута», еще один — объявлен в розыск. Идет расследование неправомерного решения суда, благодаря которому 10–11 декабря демонстрантов пытались вытеснить с Майдана. Январь 2014, избиения протестующих на колоннаде стадиона «Динамо», — подозрения предъявлены, но обвинительный акт в суд еще не направлен. 18 февраля 2014, Мариинский парк, — направлены в суд акты относительно командиров Львовского и Харьковского «Беркутов», одного бойца и одного командира роты Харьковского «Беркута», а также в отношении еще одного гражданского, который на автомобиле сбил майдановцев. В эпизоде штурма Майдана привлечены экс-начальника СБУ Киева и Киевской области, по событиям 20 февраля — 5 бойцов «Беркута» в суде, еще 20 — в розыске. Что касается «титушек», которые 18-го числа стреляли на Владимирской, — три обвинительных акта по трем лицам направлены по обвинению в покушении на убийство. Лица, которые нанесли 8 огнестрельных ранений другим гражданам, находятся под стражей, дело рассматривается в суде. 20 февраля, вечерняя выдача оружия «титушкам» со складов МВД — привлечены трое работников милиции и один гражданский. Постановление Кабмина об использовании спецсредств против участников акций протеста — обвинительный акт в отношении экс-замглавы МВД Сергея Лекаря направлен в суд, бывшему премьеру Азарову и экс-руководству МВД сообщено о подозрении. По «диктаторским законам» 16 января — направлены в суд обвинительные акты в отношении депутатов Александра Ефремова, Александра Стояна и Сергея Гордиенко, еще 10 фигурантов — в розыске. И в целом по всем этим эпизодам сообщено о подозрении и объявлены в розыск экс-президент Украины Янукович, другие бывшие руководители государства, правоохранительных органов и силовых структур.

— Мне сказали, что у вас целая группа следователей уже два года расследует выстрелы, сделанные из окна гостиницы «Украина», в которых подозревают «свободовцев». Этот эпизод завершен?

— Данных, что кто-то пострадал от того выстрела, не выявлено. Но, в общем, обо всех возможных выстрелах расследование продолжается. В том числе и по выстрелам, сделанным, по предварительным данным, из здания консерватории, от которых погибли сотрудники милиции. Проверка о наличии снайперов тоже продолжается.

— Так чьи, в конце концов, были те снайперы?

— Действительно, в тот день снайперы УДО и спецподразделений «Альфа» и «Сокол» находились на крышах Кабмина, Администрации президента и т.д., но в настоящее время у нас нет данных о том, что они стреляли.

— То есть все «стрелки» были украинскими, «третьей стороны» никто так и не обнаружил?

— Нет, на данный момент таких данных нет.

— Вы сказали, что за неправомерные решения против евромайдановцев привлечены всего двое судей. Но неправомерные решения тогда вынесли около 300 судей. Почему по ним нет результата? Почему по отношению к другим нет результата?

— Прежде всего — потому, что заведомо неправомерное решение очень сложно доказывать. Поскольку надо доказать, что судья знал, что арестовывает или осуждает невиновного человека, и умышленно это сделал. Для того, чтобы обоснованно об этом заявить, надо пройти очень сложный путь, от самого момента задержания лица, сообщения о подозрении, ходатайства об избрании меры пресечения. То есть надо дать оценку действиям следователя милиции, прокуроры, и только после этого переходить к судье. Эта работа ведется, и следователи и прокуроры идут к результату.

— Есть ли возможность установить, какие распоряжения тогда получали судьи из Администрации президента Януковича?

— Конечно, это проверяется, и такая версия существует. Отдельные данные свидетельствуют, что они получали указания из АП, но этих данных недостаточно для сообщения о подозрении. Звонки того времени из Администрации президента председателям судов зафиксированы. Но без свидетельств хотя бы отдельных судей доказывать что-то будет очень сложно. Кстати, пользуясь тем, что вашу газету читают многие правоохранители и судьи, я призываю их сделать выбор в пользу справедливости, поступившись мнимым комфортом безответственности.

— А судьи показаний не дают? Вы допрашивали председателей судов? Они сказали, кто звонил?

— Да, они говорят, что звонки были, но отрицают, что в связи с этими событиями. Спрашиваем: «Звонил кто-то из АП, например Портнов?» — «Нет-нет-нет», — отвечают. А значит, системные признаки влияния на судей есть, однако доказательств для подозрения пока недостаточно.

— Президент Порошенко уже давно должен был прийти к вам на допрос по делу Майдана. Приходил?

— Еще не приходил. Принципиальное согласие есть, но встреча со следователем, к сожалению, все еще откладывается. Допрашивали Парубия, Яценюка и других. Следует также отметить, что несмотря на десятки приглашений и моих личных просьб, до сих пор не приходит Геннадий Москаль.

— После допроса в ГПУ Яценюк заявил, что, по его информации, решение Януковича о расстреле Евромайдана появилось после встречи с Путиным в Сочи в начале февраля 2014-го. Это подтверждено чем-то, кроме слов Яценюка?

— Сейчас можно сказать, что это тщательно отрабатывается как версия, но она требует также сбора доказательств. Говорить об этом как об установленном факте можно только тогда, когда это отражено хотя бы в подозрении, чего на данный момент нет.

via

Рейтинг: 0

Опубликовал(а)

5 010

Модератор сайта.
Если есть вопросы, задавайте в «приватный чат» в личном кабинете.

Италия. Город: Катания
34 годаКомментарии: 4357Публикации: 23103Регистрация: 01-08-2014
  • Модератор сайта
  • Бронзовый крест за рейтинг 5000

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Ваш день рождения * :
Число, месяц и год:
Войти с помощью: 
Перейти на страницу
закрыть