Суббота , 10 Декабрь 2016
001-49

Как спецслужбы борются с терроризмом: опыт Израиля

Публикация в группе: Еврейские будни

Добавлено в закладки: 0

Борьбой с терроризмом, помимо армии и полиции, в Израиле в основном занимаются два ведомства — «Шабак» и «Моссад». Основной козырь этих спецслужб — высочайший уровень подготовки кадров, обладающих глубоким знанием арабской культуры, и разветвленная агентурная сеть. «Шабак» — это общая служба безопасности Израиля, подчиняющаяся непосредственно премьер-министру. Она отвечает за внутреннюю безопасность, контрразведку и координацию антитеррористических действий. Для этой координации ведомство использует «маштапим» — арабских агентов. Само слово — из армейского сленга, оно приблизительно переводится как «сотрудничающие».

В маштапим попадают разными путями. Часть из этих людей — добровольцы, сами решившие принять участие в борьбе с террором. Других, как правило, вербуют — от простого предложения поработать на спецслужбы доходит до угроз.

Пойманным арабам за сотрудничество предлагают помощь с условно-досрочным освобождением; за выполнение заданий им сулят деньги и возможность эмигрировать.

Один из завербованных в маштапим молодых людей рассказывал в интервью канадскому журналисту:

«Я по-прежнему работал переводчиком, помогал Дэвиду. Однажды он открыл портфель и достал из него несколько фотографий. Эти снимки ужаснули меня: на них был я в обнимку с голой женщиной. Не забывайте, что для мусульманина внебрачная связь — тягчайший грех. Я не мог произнести ни слова, потом прошептал, что никогда не видел эту женщину. Дэвид улыбнулся и сказал: „Это просто шутка“. Но спустя две недели он принес уже целую пачку подобных снимков. В тот же день Дэвид впервые заговорил со мной по-арабски. Сообщил, что службы безопасности Израиля хотят, чтобы я помогал им. Я согласился — у меня не было выбора».

Рядовых членов террористических группировок стараются взять живыми, если это возможно. Пойманные террористы — важный источник для «маштапим»; к сотрудничеству их склоняет «Шабак» в ходе допросов (нередко с применением пыток).

Одна из самых успешных вербовок «Шабака» — случай Мосаба Хасана Юсефа, сына одного из лидеров палестинской партии «Хамас». В 1996 году он был арестован израильской службой безопасности, и после непродолжительного срока заключения согласился стать агентом. Он отказался от предложенных за сотрудничество денег, заявив, что им движет лишь желание спасать человеческие жизни, предотвращая теракты. Мосаб получил псевдоним Зеленый Принц — в соответствии с цветом знамени ислама.

Зеленый Принц был очень ценным информатором. Он помог обезвредить десятки террористов-смертников и убить либо заключить под стражу высокопоставленных членов «Хамас». Его заслуги в качестве агента помогли ему убедить Израиль не убивать его отца.

В 2007 году Мосаб покинул Ближний Восток, получив политическое убежище в США.

Информация, cобранная с помощью маштапим и технических средств, анализируется «Шабаком» и военными. Затем на ее основе планируются антитеррористические рейды и составляются списки лидеров террористов, на которых объявляется охота. Смерть человека, попавшего в этот список, — как правило, лишь вопрос времени. Самых высокопоставленных и хорошо охраняемых террористов обычно убивают с помощью управляемых ракет, которые запускают с вертолетов «Кобра» или «Апач».

При устранении террористов наземными группами визитной карточкой израильских спецподразделений является контрольный выстрел в правый глаз.

Убивают не только радикальных лидеров, живущих на территории Палестинской автономии: в Израиле считается, что террорист, посягнувший на государство или его граждан, должен понести за это ответственность, где бы он ни находился. Это относится и к бывшим нацистским преступникам: например, в 1960 году агентами «Моссада» (службы внешней разведки) был пойман Адольф Эйхман, ответственный за «окончательное решение еврейского вопроса». Израильская разведка похитила его в Аргентине, где Эйхман скрывался под вымышленным именем, нелегально доставила в Иерусалим и предала суду.

Наряду с маштапим Израиль использует подразделения, основная тактика которых — сливаться с арабским населением. Это «Ямас» — сокращение от «Йехидат мистарвим» (буквально — «замаскированные под арабов»). В «Ямас» набирают евреев, которые внешне неотличимы от палестинцев. Их обучают говорить и даже думать на арабском языке; вести себя в точности, как арабы. Бойцы «Ямаса» внедряются в группировки и даже участвуют в стычках с полицией, чтобы в подходящий момент достать оружие и арестовать зачинщиков.

По словам Дани Ятома, бывшего директора «Моссада», в основном террор предотвращает разведка, причем еще на стадии подготовки: «Террористы должны ощущать постоянное присутствие спецслужб, зная, что каждое их действие повлечет серьезную реакцию. Девять из десяти террористов мы задерживаем еще до того, как они выходят ’’на дело’’. Оставшегося одного должны нейтрализовать силовые структуры. Но это уже крайний случай. Если шахид со взрывчаткой проник в центр города, это считается недоработкой спецслужб».

В 2015 году Израиль столкнулся с принципиально новым видом террора — «интифадой ножей». Так палестинская сторона назвала волну нападений на евреев, хлынушвую в прошлом сентябре. Это новая модель атак, при которых задействованы не организованные группы террористов со взрывчаткой, а одиночки, бросающиеся с холодным оружием на мирных граждан, сотрудников полиции и солдат. Цель таких нападений — убить как можно больше человек. Была зафиксирована большая популярность видеороликов, обучающих техникам ножевого боя, среди радикально настроенной арабской молодежи в социальных сетях.

«Если теракт готовится большой организацией, обычно мы об этом узнаем, и наши люди в этих организациях позволяют армии и полиции это предотвратить. Но когда человек встает утром, берет нож с кухни и решает, что сегодня он будет убивать евреев, то никто заранее не может об этом догадаться, и это просто происходит», — рассказывал израильский солдат в интервью «Медузе».

В ответ на нападения с ножами полиция Израиля была наделена полномочиями в случаях угрозы самостоятельно блокировать целые кварталы; также были разработаны репрессивные меры против подстрекателей и родственников террористов.

Самые известные операции израильских спецслужб

В 1972 году во время Олимпиады в Мюнхене боевики палестинской террористической группировки «Черный сентябрь» пробрались в олимпийскую деревню и взяли в заложники израильских спортсменов. Спустя несколько дней все пленники погибли из-за неудачных действий германской полиции.

Правительство Израиля разработало план возмездия «Гнев божий»: его целью было уничтожение всех лидеров «Черного сентября» и других террористических организаций, причастных к мюнхенскому теракту. Уже к июню 1973 года были мертвы 13 человек из списка виновных (всего их в списке было 17). Параллельно с «Гневом божьим» в 1973-м Моссад разработал «Весну молодости»: убийство верхушки ФАТХ и «Народного фронта освобождения Палестины», которые, по версии «Моссада», тоже были связаны с атакой на олимпийскую деревню. Пять целей (дома, где остановились лидеры террористов, и мастерские по изготовлению взрывчатки) в разных частях Бейрута были уничтожены в один заход.

Чтобы безопасно подобраться к охраняемым объектам, коммандос загримировались под влюбленные пары (низкорослым бойцам досталась роль женщин); оружие и взрывчатка были спрятаны под одеждой.

Во время операции были убиты три лидера и около 20 рядовых боевиков. Израиль потерял двух спецназовцев. Не обошлось и без случайных жертв: погибли несколько жандармов и жена одного из террористов, которая пыталась заслонить его от пуль.

«Гнев божий», продлившийся около 20 лет, нельзя считать полностью успешным: главный организатор и идеолог мюнхенского теракта Абу Дауду пережил несколько покушений и умер своей смертью в 2010 году. Кроме того, «Моссад» допустил ошибку, убив в 1973 году невиновного гражданина Норвегии.

Вне Израиля спецслужбы не только ликвидируют врагов, но и спасают заложников. Самой успешной из таких операций стало освобождение угандийского аэропорта «Энтеббе», более известная как операция «Шаровая молния» (ее второе название — «Йонатан» в честь погибшего командира спецназа).

27 июня 1976 года боевики пропалестинских организаций захватили пассажирский лайнер авиакомпании Air France, летевший из Тель-Авива в Париж. По приказу террористов самолет совершил посадку в аэропорту Энтеббе, неподалеку от столицы Уганды.

Президент Уганды Иди Амин (это который людей ел, да) оказал поддержку захватчикам, предоставив им аэропорт и охрану из регулярных частей армии. Заложников разделили на две группы: 148 пассажиров нееврейского происхождения и без гражданства Израиля были отпущены, 105 человек — израильские граждане, евреи и часть экипажа — остались в плену. Через два дня боевики предъявили ультиматум: к 1 июля освободить около полусотни террористов, находившихся в заключении (в основном в Израиле) — либо заложники будут убиты, а самолет взорван.

Израильское правительство объявило, что принимает все требования террористов, попросив лишь об отсрочке до 4 июля. Время было необходимо военным, которые уже разрабатывали силовую операцию.

Перед спецслужбами Израиля стояла сложнейшая задача. Транспортные самолеты должны были пролететь около четырех тысяч километров (что без дозаправки сделать невозможно) с риском быть замеченными советскими радарами. Для успешного штурма необходимо было досконально знать план аэропорта, расположение всех ключевых точек и угандийских войск, которые могли прийти на помощь террористам. Ни одна из стран Восточной Африки не была готова предоставить свой аэропорт и воздушное пространство для маневров ВВС из-за риска конфликта с Угандой, которая обладала одной из самых сильных армий в регионе.

Несколько решительных шагов приблизили разрешение проблемы. Благодаря дипломатическим каналам и влиятельному еврейскому лобби в стране удалось договориться с властями Кении — она согласилась предоставить свой аэропорт для дозаправки. «Моссад» смог сконструировать картину местонахождения пленников и определить число террористов, опросив отпущенных заложников. Израильские военные специалисты, которые в конце 1960-х — первой половине 1970-х годов были военными советниками в армии Уганды, хорошо знали аэропорт Энтеббе: все эти факторы сыграли ключевую роль в подготовке беспрецедентной операции.

В 15:00 3 июля из Израиля вылетели шесть самолетов — четыре транспортника со спецназом и два «Боинга-707», один — штаб и центр связи, другой — летающий госпиталь. Авиагруппа летела на сверхнизкой высоте, чтобы избежать обнаружения радарами. Все пункты маршрута, включая дозаправку, были пройдены согласно плану.

В 23:18 первый самолет приземлился в Энтеббе, спустя несколько минут начался штурм. Солдаты ворвались в здание с криками «Это израильская армия, лечь на пол!» — чтобы максимально сократить число жертв. Несколько террористов успели открыть огонь, но тут же были убиты.

Перестрелка продолжалась 1 минуту 45 секунд. Все семеро угонщиков и от 33 до 45 угандийских солдат были уничтожены. Во время перестрелки погибли трое заложников и командующий отрядом спецназа Йонатан Нетаньяху. В 23:48 большинство пленных уже были доставлены на транспортные самолеты. Из-за опасений преследования по воздуху 11 самолетов Миг-17 ВВС армии Уганды были уничтожены на земле.

Экс-министр обороны Израиля Шимон Перес рассказывал о подготовке операции: «[командующий ВВС Израиля] Бени Пелед зашел ко мне, и я рассказал ему о своем плане. В ответ он заявил, что для захвата Энтеббе понадобится 100 бойцов, а для того, чтобы захватить всю Уганду, — 500. Я сказал ему, что ограничусь Энтеббе, что захватывать всю Уганду нет необходимости».

(C) Максим Литаврин, опубликовано в издании Открытая Россия

Рейтинг: 0

Опубликовал(а)

не в сети 21 минута

Шурик Шниперсон

1 345
Израиль.
40 летКомментарии: 2444Публикации: 2786Регистрация: 18-05-2015

    Добавить комментарий

    Войти с помощью: 
    Авторизация
    *
    *
    Войти с помощью: 
    Регистрация
    *
    *
    *
    Пароль не введен
    *
    Ваш день рождения * :
    Число, месяц и год:
    Войти с помощью: 
    Перейти на страницу
    закрыть