Среда , 7 Декабрь 2016
3

МАЙДАН. АТАКА ГОБЛИНОВ. Эпизод 2. Особенности большого бокса.

Публикация в группе: Майдан прошлое, настоящее, будущее.

Часть 1 здесь

Рабочий день шел к завершению. Почти как во всех офисах Киева. Офис киевского филиала Фонда Конрада Аденауэра на бульваре Шевченко ничем не выделялся из тысяч других таких же офисов. Сотрудники не спеша выключали ноутбуки и рабочие компьютеры и двигались к выходу на промозглый ветер, дующий с Днепра.

 В этот самый час порог офиса переступил порог высокий брюнет с глуповатым выражением лица. Брюнета встретили, как почетного гостя, и провели в конец коридора. В помещение, куда остальные сотрудники фонда старались лишний раз не заглядывать. Там сидел человек, формально числившийся старшим консультантом и больших полномочий не имевший.

Его звали Клаус Фальке. Но почти каждый в офисе знал, что основным местом работы этого персонажа является БНД, а в служебные функции входит контроль за работой офиса.

Брюнет проследовал в приемную Фальке, где его попросили посидеть немножко и подождать на гостевом диване. Брюнет знал, что это всего лишь демонстрация его места и роли. Его это страшно злило, тем более, что политическая карьера на Украине этого брюнета шла в гору, и он даже чувствовал себя без пяти минут президентом. Но поделать ничего не мог. Вся его жизнь и дальнейшая карьера зависели от куратора.

Через 15 минут секретарша, немка средних лет без следов косметики на лице, позвонила по селектору своему шефу, и поговорив с ним по-немецки, посмотрела на посетителя.

— Господин Фальке просит вас заходить, — сказала она по-русски, но с заметным немецким говором.

Звук открывания двери заставил Фальке поднять голову. За дверью нарисовалась ожидаемая голова бывшего чемпиона мира по боксу в среднем весе. Голова так же привычно расплылась в угодливой улыбке.

— Разрешите? – спросил вошедший на языке Гете, Шиллера и Карла Маркса.

Полковник кивнул еле заметным движением головы. Посетитель прошел внутрь, еще раз поклонился кивком головы и, продолжая тупо улыбаться, присел на край гостевого диванчика.

— Вы хотели меня видеть, герр Фальке? – спросил он.

Фальке посмотрел на вошедшего. В наступающем году исполнялось 10 лет с момента, как он стал фюрунгс-офицером, курирующим этого агента, бывшего в то время чемпионом мира по боксу в тяжелом весе, а теперь ставшего самым перспективным украинским политиком. Каждый раз при виде подопечного Фальке одолевали смешанные чувства. С одной стороны, он испытывал восхищение физической мощью агента, с другой, понимал, что за этой грудой мышц скрываются куриные мозги. Мысленно он любил сравнивать подшефного экс-боксера с динозавром.

Рихард Фальке так и остался бы сотрудником БНД среднего звена, а говоря проще, бюргером-неудачником, живущем в маленьком домике в Оснабрюке, если бы не встреча с украинским генералом военным атташе украинского посольства Владимиром Кличко. Фальке поручили изучать этого человека и искать к нему подходы. Но к удивлению руководства, тот почувствовав к себе интерес, воспринял это как позитивный сигнал и фактически сам напросился на вербовку. Как понял впоследствии Фальке, это было неудивительно. В голодные 90-е это дипломатическим работникам, в том числе и высопоставленным, платили гроши, да и те с задержками. А вокруг  — кипящая соблазнами Европа. В процессе вербовки было выпито много шнапса и водки, а Кличко на радостях даже поведал, что его отец в годы Второй мировой тоже успешно сотрудничал с Абвером и за счет этого сумел спасти жизнь своей жене-еврейке. Кличко-старший пришел к выводу, что немец и украинец – братья навек и предложил накатить еще за нерушимую дружбу. Вербовка военного атташе оказалась невиданной удачей для оперативного работника БНД и определила дальнейшую географию его деятельности. Карьера Фальке сразу пошла в гору.

Но на этом успехи Фальке не закончились. У завербованного им генерала ВСУ оказалось два непутевых сына-боксера. Изучая родственные связи своего высокопоставленного агента, Фальке обнаружил, что сыновья попали в поле зрения уголовной полиции в процессе разработки криминального авторитета Рыбки. Сразу выяснилось, криминальный шлейф за братьями-боксерами  тянулся с Украины и с ранних 90-х. Выяснилось, что братья по молодости лет промышляли мелким рэкетом. Фальке очень быстро договорился с руководством уголовной полиции, используя свои служебные возможности. После этого он оформил агентами и сыновей. Это была вторая профессиональная удача.

Когда боксерская карьера Виталия пошла к закату, Фальке с санкции начальства дал тому понять, что пора переквалифицироваться в политики. Правда, он понимал, что у Виталия большие проблемы с головой, но надеялся, что на фоне украинского политикума бывший боксер не будет слишком выделяться и сделает успешную политическую карьеру. Чутье не обмануло оперработника. Теперь Кличко уже два года возглавлял довольно крупную фракцию в Верховной Раде и считался кандидатом номер один на грядущих президентских выборах. И главным вероятным соперником действующего президента.

— Вы хотели меня видеть? – спросил, ощерившись улыбкой идиота, бывший чемпион мира по боксу.

Вместо ответа Фальке протянул ему распечатку. Это была выдержка из фейсбука некоего Мустафы. Всего два поста. Первый гласил: «Ладно давайте серьезно. Вот кто готов сегодня до полуночи выйти на Майдан? Лайки не считаются, только комментарии со словами «Я готов». Когда наберется больше тысячи, будем организовываться».

Второй пост звучал так: «Встречаемся в 22.30 под монументом Независимости. Одевайтесь тепло. Берите чай, зонтики, друзей и хорошее настроение. Перепост всячески приветствуется».

Оба поста на русском языке. Виталий прочитал их, поднял глаза и вопросительно посмотрел на куратора.

— Ты все понял? – спросил его Фальке.

— Нет, а что? – спросил Кличко и захлопал глазами.

«Идиот!» — взорвался про себя Фальке. «Вот как, как работать с этим…?!».

— Ты что, не понимаешь? – спросил Фальке, — это твой исторический шанс!

— Какой шанс? – с невинным видом переспросил Кличко, чем вызвал очередную внутреннюю бурю негодования в душе Фальке. Куратор встал, прошелся по комнате. Достал накрахмаленный платок и вытер пот со лба.

— Слушай меня, Виталий, — начал он свои разъяснения, — я только что вернулся с совещания. Сегодня начата наша совместная с нашими заокеанскими партнерами операция. По договоренности, именно нам предоставлен карт-бланш на дальнейшее формирование политического пространства. Согласно той же договоренности, тебе отводится ведущая роль в начавшемся процессе переформатирования политического пространства.

Экс-боксер смотрел на куратора преданным взглядом, и по взгляду этому Фальке безошибочно понял, что его слова были для подопечного китайской грамотой. Он снова вытер пот со лба, вздохнул и перевел только что сказанное на простой человеческий язык:

— В общем так, Виталий. Вопрос о досрочном уходе президента можно считать решенным и закрытым. Ты являешься ведущим представителем прогрессивных проевропейских сил в Украине. Ты также считаешься наиболее вероятным кандидатом в президенты от единой оппозиции. И теперь все зависит от тебя, Виталий.

Кличко заулыбался. Теперь радостно, а не угодливо. Похоже, до него все же дошел смысл сказанного.

— Спасибо, — сказал он, продолжая улыбаться.

Фальке почувствовал, что начинает багроветь от ярости. «С каким же контингентом приходится работать!», — думал он про себя.

— Слушай внимательно, Виталий, — продолжил он, — чтобы оправдать возложенные на тебя надежды, тебе придется много и тщательно поработать.

— Да, конечно, — горячо закивал тот, — как у нас говорили в детстве, будь готов – всегда готов! Говорите, что надо делать.

Фальке не выдержал и резко заявил:

— Перестать задавать глупые вопросы, а вместо этого пойти на улицу к людям. Говоря проще, выйти на Майдан и возглавить протест.

Виталий задумался.

— Ну как это выйти? – спросил он, — так, это, там же милиция будет, спецназ… Я все понимаю, да, не сегодня-завтра можно будет посмотреть, как все делают, а увидеть пока нельзя.

Здесь Фальке почувствовал, что окончательно теряет терпение:

— Идиот! – заорал он, теперь уже вслух, — ты хоть понимаешь, что теперь твоя судьба и судьба всей Украины решается! Либо ты выходишь на Майдан и принимаешь на себя руководство движением, либо власть здесь поделят без тебя! А ты иди долбить дальше боксерскую грушу, хотя вряд ли тебя уже кто-то ждет на ринге.

— Понял, понял, — закивал головой Кличко, — я все понял, я все сделаю. Если что, я гордо встану грудью за спиной Украины.

Фальке мысленно усмехнулся. Он привык к идиотским сентенциям своего подопечного. Поначалу он принимал это за своеобразное чувство юмора, но потом понял, что все это произносилось на полном серьезе и на пределе мыслительных возможностей. Фальке знал, что с ним работают спичрайтеры и психологи, но судя по результату, пока все было тщетно. «Скоро, пожалуй, за ним, как за Бушем-младшим, начнут записывать», — раздраженно подумал он.

— Хорошо, — заметил Фальке, — пока нужно просто выйти на площадь. Сегодня ты должен просто обозначиться. Выступи с заявлением о необходимости подписания соглашения с ЕС. Дальше будем обсуждать эту тему с политконсультантами и спичрайтерами. Как говорить и что. Главное – ты должен отметиться сегодня. И будь готов к дальнейшим действиям. Предельно жестким.

С этими словами Фальке встал и протянул руку. Аудиенция была окончена.

— Я все понял, герр Фальке. Я оправдаю доверие, я зайду там, где готов заходить.

Фальке проводил своего агента взглядом. Подошел к окну. Посмотрел вниз, где бежал куда-то Бульвар Шевченко.

«И то хорошо», — подумал он. Фальке слукавил. Кандидатура Кличко в качестве лидера протестного движения и единого кандидата в президенты не была согласована с заокеанскими партнерами. Скорее наоборот, они не слишком ее приветствовали, а предлагали присмотреться к другим лидерам оппозиции. Выдвигая на первый план Кличко, БНД действовало на свой страх и риск. Впрочем, с санкции высшего руководства в лице пожилой немки, любившей пиво. Она втайне вынашивала идею большого Реванша, о котором каждый немец хоть раз в жизни да задумывался. Теперь Германия решила сыграть на упреждение, обыграв ребят из-за Большой Лужи. И блицкригом, столь любимым германской нацией, провести своего человека, поставив старших атлантических братьев перед фактом. Этот план был разработан и утвержден на самом верху в течение двух часов после появления постов афганца Мустафы в соцсетях.

Продолжение следует

Рейтинг: 1

Опубликовал(а):

не в сети 15 часов

Бодя Красномордый

426
Украина.
Комментарии: 1068Публикации: 1000Регистрация: 12-02-2015

    Добавить комментарий

    Войти с помощью: 
    Авторизация
    *
    *
    Войти с помощью: 
    Регистрация
    *
    *
    *
    Пароль не введен
    *
    Ваш день рождения * :
    Число, месяц и год:
    Войти с помощью: 
    Перейти на страницу
    закрыть